Специалист по этике

Специалист по этике
Аннотация

«– Один момент, – прервал собеседника Язон и, отвернувшись от экрана, выстрелил в нападавшего рогатого дьявола. – Нет, ничем важным я не занят. Сейчас приду. Возможно, смогу помочь.

Он выключил видеофон, и изображение радиста на экране погасло. Когда Язон проходил мимо подстреленного им рогатого дьявола, тот зашевелился в последней вспышке уходящей злобной жизни, и его рог проскреб о гибкий металл ботинка. Язон отшвырнул чудовище вниз, в джунгли.

В сторожевой башне Периметра было темно, освещение исходило только от экранов перед пультом управления защитой. Мета взглянула на него и улыбнулась, затем ее внимание вновь переключилось на экраны…»

Рекомендуем почитать

Герберт Джордж Уэллс считается отцом современной научной фантастики. В «Войне миров» он описал инопланетное вторжение и использование отравляющих газов и лазерного оружия, в «Машине времени» – путешествие в другие эпохи, в «Острове доктора Моро» – создание живых существ. Благодаря ему появились такие понятия как параллельные миры («Люди как боги») и антигравитация («Первые люди на Луне»). Многие идеи Уэллса оказались пророческими – он предсказал создание атомной бомбы. Но самого Уэллса прежде всего интересовали проблемы общества. Одним из его убеждений, неизменно выражаемых во всем его творчестве, было стремление к социальной справедливости и неприятие насилия.

Джон Кристофер – признанный классик английской научной фантастики, дебютировавший еще в 50-е годы XX века и впоследствии по праву занявший высокое место в мировой фантастике.

Отечественному читателю творчество Кристофера знакомо в основном по переведенным еще в 60-е – 70-е годы рассказам, однако истинную славу ему принесли романы. Романы, достойно продолжающие традиции классической британской «фантастики катастрофы», идущие еще от Герберта Уэллса. Романы, сравнимые по силе воздействия только с произведениями Джона Уиндэма…

С марсианского вторжения прошло четырнадцать лет. Человечество наблюдает за небом, но вполне уверено в своих силах, полагаясь на военный прогресс и заимствованные марсианские технологии. Враг уязвим для земных вирусов. Армии готовы и ждут повторного вторжения.

Лишь единицы полагают, что наученные поражением марсиане теперь сумеют адаптироваться к земным реалиям. И они оказались правы. Марсиане высадились – и избиение человечества началось.

Эдгара Аллана По можно назвать самым первым всемирно известным американским писателем. Он создал современный детектив и жанр психологической прозы, оказал огромное влияние на формирование и развитие научной фантастики. Его почитателями были Жюль Верн, Артур Конан Дойл, Говард Лавкрафт, Владимир Набоков и многие другие. И в наше время творчество Эдгара Аллана По не утратило силы своего воздействия, находя неизменный отклик в сердцах читателей.

Джон Кристофер – признанный классик английской научной фантастики, дебютировавший еще в 50-е годы XX века и впоследствии по праву занявший высокое место в мировой фантастике.

Отечественному читателю творчество Кристофера знакомо в основном по переведенным еще в 60-е – 70-е годы рассказам, однако истинную славу ему принесли романы. Романы, достойно продолжающие традиции классической британской «фантастики катастрофы», идущие еще от Герберта Уэллса. Романы, сравнимые по силе воздействия только с произведениями Джона Уиндэма…

Джон Кристофер – признанный классик английской научной фантастики, дебютировавший еще в 50-е годы XX века и впоследствии по праву занявший высокое место в мировой фантастике.

Отечественному читателю творчество Кристофера знакомо в основном по переведенным еще в 60-е – 70-е годы рассказам, однако истинную славу ему принесли романы. Романы, достойно продолжающие традиции классической британской «фантастики катастрофы», идущие еще от Герберта Уэллса. Романы, сравнимые по силе воздействия только с произведениями Джона Уиндэма…

Джон Кристофер – признанный классик английской научной фантастики, дебютировавший еще в 50-е годы XX века и впоследствии по праву занявший высокое место в мировой фантастике.

Отечественному читателю творчество Кристофера знакомо в основном по переведенным еще в 60-е – 70-е годы рассказам, однако истинную славу ему принесли романы. Романы, достойно продолжающие традиции классической британской «фантастики катастрофы», идущие еще от Герберта Уэллса. Романы, сравнимые по силе воздействия только с произведениями Джона Уиндэма…

Дон Харви, школьник из Нью-Мексико, внезапно получает радиограмму от своих родителей, живущих на Марсе, в которой они приглашают его к себе погостить. Дело в том, что отец Дона – землянин, мать – из семьи колонистов Венеры, а Венера стоит на грани выходаиз земной Федерации, поэтому, по мнению родителей, в канун неизбежной войны их сыну гораздо лучше очутиться на нейтральной планете. Но путь на Марс оказывается гораздо дольше и труднее, чем ожидалось. Начинается восстание на Венере, и Дона, застрявшего между планетами, затягивает неумолимый водоворот событий. Он почти физически ощущает, как «ветер Истории шевелит его волосы»...

Пра-прадедушка Джона Томаса Стюарта много лет назад привез из космического полета милого восьминогого «бегемотика» Луммокса. «Бегемотик» подрос и стал вызывать серьезные опасения властей. А что Вы хотите, если для него проглотить мастифа, как для лягушки слизнуть муху. Жизнь Луммокса под угрозой, но вдруг за ним прилетает космический корабль, который одним залпом может уничтожить Землю...

Другие книги автора Гарри Гаррисон

Гарри Гаррисон (Генри Максвелл Демпси) – один из творцов классического «ядра» мировой фантастики, создатель бессмертных циклов о Язоне динАльте и Джиме ди Гризе по прозвищу Стальная Крыса, автор культовых романов «Подвиньтесь! Подвиньтесь!» и «Фантастическая сага», грандмастер премии «Небьюла», рыцарь ордена святого Фантония и вообще человек, имевший привычку оставлять яркий след на любом поприще – от иллюстраторского мастерства до продвижения эсперанто.

В настоящий сборник вошли лучшие «сольные» романы автора, отражающие самые разные грани таланта этого замечательного фантаста.

Тема путешествий во времени представлена знаменитой «Фантастической сагой» – романом о том, как ушлые киношники Голливуда вытаскивают из прошлого викинга и заставляют его открыть Америку.

«Билл – герой Галактики» – фантастическая пародия на американскую, да и любую армию в мире.

В «Космическом враче» и «Плененной Вселенной» главный герой, наряду с действующими в романах персонажами, – Космос.

В фантастическом детективе «Подвиньтесь! Подвиньтесь!» писатель окунает нас в постапокалиптическое будущее Америки.

В 1972 году любители фантастики в СССР испытали настоящее потрясение. Популярнейший журнал «Вокруг света» пять номеров подряд печатал «Неукротимую планету», один из лучших романов Гаррисона и первый в цикле о приключениях Язона динАльта. Два миллиона четыреста тысяч экземпляров – таков был тираж журнала, а если учесть, что журнал – существо общественное и в одних руках не задерживается, то представьте себе, сколько читателей было в тот год у Гаррисона.

Другой мастер фантастики, наш соотечественник Борис Стругацкий, творчество своего американского собрата по жанру определил как «неиссякаемый источник удовольствия для любого читателя». И это неоспоримая истина.

Кроме цикла «Мир смерти», сборник дополняют романы «Планета проклятых» и «Планета, с которой не возвращаются».

Сага о земном мире, пошедшем в своем развитии не тем путем, каким он следует до сих пор. Глобальная катастрофа, из-за которой вымерли на планете гигантские ящеры, обошла Землю стороной, и рептилии, в процессе эволюции обретя разум, создали собственную цивилизацию, нисколько не похожую на людскую. Выращенные из семян города, матриархат, коллективный разум, генетически перестроенные животные… И мир людей, противостоящий им, – чуждый, враждебный и агрессивный. Кто выживет в постоянных битвах – люди или иилане’, как на языке этого мира называют расу рептилий? Кому принадлежит будущее?

Трилогия Гарри Гаррисона – признанная классика жанра и имеет бессчетное число почитателей во всем мире.

Издание проиллюстрировано работами английского художника Билла Сандерсона.

«– Приблизимся, – сказала Мета, нажимая на клавиши пульта управления.

– На твоем месте я бы сделал прямо противоположное, – тихо, чтобы своей излишней опасливостью не вызвать раздражение пиррян, пробурчал Язон.

– Ничего-ничего, мы еще довольно далеко, – отозвался Керк, вглядываясь в экран. – Здоровенная посудина, километра три, не меньше. Наверное, последний из сохранившихся линкоров. Ему ведь уже больше пяти тысяч лет от роду, а мы в целых двухстах километров от…

Вдруг у борта линкора полыхнула оранжевая вспышка, и тотчас же пиррянский звездолет круто накренился. На пульте управления замигали красные огоньки…»

«В человеческой популяции немного истинно талантливых изобретателей и рационализаторов, но их и не требуется много, чтобы колесо прогресса продолжало вращаться. Братья Райт совершили первый полет в 1903 году, а менее чем через сорок пять лет уже изготовляли аэропланы с размахом крыла, превышающим длину того первого полета, не говоря уже о размерах самого аппарата. Homo sapiens имеет прирожденное стремление к совершенству. Все становится крупнее и крупнее, лучше и лучше…»

Чтобы при жизни стать классиком современной литературы, мало издаваться миллионными тиражами и переводиться на десятки языков. Для этого надо совершить нечто необыкновенное, необходимое и незабываемое. Гарри Гаррисону такое удавалось много раз – и теперь невозможно представить себе научную фантастику без галактического супергероя Билла, без Язона динАльта из бессмертного «Мира смерти», без нержавеющей и неунывающей Стальной Крысы – которая, между прочим, оставила характерные следы своих когтей и зубов в этом сборнике.

Большинство рассказов, вошедших в него, на русском языке публикуется впервые.

«Дежурный лейтенант охраны Таленк опустил электронный бинокль и принялся регулировать его усиление, чтобы компенсировать уменьшение яркости света. Бриллиантово-белое солнце зашло за толстый слой облаков, близился вечер, однако в окулярах бинокля по-прежнему четкое черно-белое изображение волнообразной равнины. Таленк негромко выругался, водя взад и вперед тяжелым прибором. Трава. Колеблющийся, покрытый инеем океан травы. Больше ничего…»

«Рано или поздно, но когда-нибудь изготовят роботов, выглядящих в точности так, как они описаны в фантастических романах. Тело человека с его бинокулярным зрением и высоко расположенными глазами, десятью пальцами на концах длинных и гибких конечностей и двуногим движителем, пригодным для любой местности, обязательно станет прототипом для конструкторов роботов. Их детищем станут машины, напоминающие человека, – но металлическими людьми они не будут. Различие нелегко сформулировать и еще легче забыть – мы поступаем так всякий раз, пиная в гневе неодушевленный предмет. Но роботов уже не назовешь неодушевленными предметами, они станут человекоподобными машинами, и люди начнут думать о них как о другой разновидности человечества…»

Самое популярное в жанре Зарубежная фантастика

В деревню Полуехтовы Ручьи приехала филологическая экспедиция – собирать народный фольклор. А там и сейчас сказки – медведи из пушек палят, да привидения шастают.

Роман "Клятва верности" [Oath of Fealty] (1981), главным «героем» которого является гигантский жилой комплекс в Лос-Анджелесе близкого будущего, прозрачная метафора нового "Ноева ковчега" в мире, раздираемом политическими катаклизмами

Але думка жерця нікого не хвилювала, тому що західний Мбаті з найбільшою зіркою і без того потай засуджував марнотратство уряду: він вважав, що переселення «шоколадок» за казенний рахунок було верхом дурості, надто після того, як їм було виплачено двохсотвідсоткову компенсацію. Отже, жителі Вату-Вара роз’їхалися по усій Океанії, нещиро дякуючи доброму чужому уряду, а пароплав зі смішною назвою «Paradise» повіз упертого Мбете Лакембу з його матінкою геть від скель Вату-вара.

Годину тому він послав телеграму батькові, в Хенінг: «Узяв академічну відпустку. Нудьга. Потрібні гроші. Твій Альбер.»

Телеграма пішла стрясати дроти, а мила телеграфістка поправила каштанове волосся і спробувала кокетливо посміхнутися, але не встигла. Важко кокетувати зі спиною, нехай навіть цій спині притаманні виняткова прямота й гідність.

Втричі більша, ніж у вас, і вдвічі – ніж у мене.

Обігнувши новомодний міні-атракціон, де влітку лише за три монети будь-хто охочий міг перекинутися вниз головою і так провисіти цілих три хвилини, він стишив крок. Згріб сніг з парапету, зліпив тверду, пружну – так і хотілося сказати «дзвінку» – сніжку, прицілився і пожбурив нею у чайок. Не влучив, прикусив губу і ще довго стояв на тому ж місці, думаючи ні про що.

– Дядько Жорік оно, на ящику!

Чоловік поправив окуляри: дорогі, французькі, в золотій оправі від «Antoine Bourgeois». Противідблисковий пластик зловісно полискував зеленню, наче очі хижака.

– Вони всі на ящиках…

– Дядько Жорік з бухлом!

– Вони всі з бухлом…

Чотириокий мав рацію: троє вантажників проводили обідню перерву у дворі, біля чорного входу в «Гастроном», сиділи на сколочених з дощок ящиках і трепетно розливали другу пляшку портвейну «Таврійського» в пластикові кухлики. Кухлі були пивні, півлітрові, з жованими краями. Від вина посуд відсвічував густо-фіалковою пітьмою, нагадуючи гроно персидського бузку.

Великий Гусляр… Этот город невозможно найти ни в одном, даже самом подробном географическом атласе, но на карте русской фантастики он выглядит заметнее иных столиц. Кир Булычев с присущим ему неподражаемым юмором, мудрой иронией и язвительным сарказмом поведал нам о нравах и порядках Великого Гусляра, о его жителях и необычайных происшествиях, то и дело приключающихся с ними. И пусть описываемые события порой выглядят совершенно невероятными, нетрудно заметить, что вымышленный городок отразил в себе многие черты нашей родной действительности. Любимое детище Кира Булычева, "Гуслярские хроники" создавались на протяжении четырех десятилетий и включают более 100 повестей и рассказов. Автор всегда хотел собрать их воедино. "Жертва вторжения" – вторая часть первого полного двухтомного издания знаменитого цикла.

Чтобы кормить семью, поэт устроился завхозом в столовую. Тогда это не было исключением. Тогда это было бытом. Все продолжали жить, делая вид, что ничего особенного не произошло. Только мы с В.Горбенко продолжали переводить стихи Ким Цын Сона, изредка печатая их в журналах «Дальний восток» (Хабаровск), «Байкал» (Улан-Удэ), «Сибирские огни» (Новосибирск) – подальше от Сахалина. Однажды стихи Ким Цын Сона напечатал даже софроновский «Огонек». А сам Ким Цын Сон продолжал работать завхозом. Время от времени мы встречались в его небогатом, но радушном доме. «Хозяин пришел!»

Таинственная корейская кухня. Таинственные настойки. И всегда стихи. Но читая свои печальные строфы, Ким Цын Сон только делал вид, что у него есть будущее.

Он так и умер завхозом столовой.

Но поэт может умереть завхозом провинциальной столовой, в памяти читателей он останется все равно поэтом.

Великий Гусляр… Этот город невозможно найти ни в одном, даже самом подробном, географическом атласе, но на карте русской фантастики он выглядит заметнее иных столиц. Кир Булычев с присущим ему неподражаемым юмором, мудрой иронией и язвительным сарказмом поведал нам о нравах и порядках Великого Гусляра, о его жителях и необычайных происшествиях, то и дело приключающихся с ними. И пусть описываемые события порой выглядят совершенно невероятными, нетрудно заметить, что вымышленный городок отразил в себе многие черты нашей родной действительности.

Любимое детище Кира Булычева, «гуслярские хроники» создавались на протяжении четырех десятилетий и включают более 100 повестей и рассказов. Автор всегда хотел собрать их воедино. «Космический десант» – первая часть первого полного двухтомного издания знаменитого цикла.

Здесь живут динозавры. А еще кентавры. И лемурийцы – одичавшие и деградировавшие человекообразные твари…

А еще здесь живет Джонгор – благородный дикарь, овладевший тайными забытых цивилизаций. С верным луком, верхом на динозавре он всегда готов дать отпор врагам! А значит – зло будет наказано!

Причудливая сага о затерянном мире от Роберта Мура Вильямса – легендарного фантаста времен «Золотого Века».

Клиффорд Дональд Саймак – один из «крестных детей» знаменитого Джона Кэмпбелла, редактора журнала «Astounding Science Fiction», где зажглись многие звезды «золотого века научной фантастики». В начале литературной карьеры Саймак писал «твердые» научно-фантастические и приключенческие произведения, а также вестерны, но затем раздвинул границы жанра НФ и создал свой собственный стиль, который критики называли мягким, гуманистическим и даже пасторальным, сравнивая прозу Саймака с прозой Рэя Брэдбери. За пятьдесят пять лет Саймак написал около тридцати романов и более ста двадцати повестей и рассказов. Награждался премиями «Хьюго», «Небьюла», «Локус» и другими. Удостоен звания «Грандмастер премии „Небьюла“».

Собранные в этом томе романы о жизни и ее чудесах, о древних загадках и сказочных мирах, о таинственных народах и магических манускриптах, о невероятных приключениях необыкновенных героев – дань Мастера жанру фэнтези.

Оставить отзыв