Веселые похороны

Веселые похороны
Аннотация

Долгое прощание с жизнью. Последние дни обаятельного художника Алика, бывшего москвича, теперь американца (да он везде свой, что на Трубной, что в Манхэттене). Окруженный бывшими и нынешними женами, дальними и ближними друзьями, неизлечимо больной Алик соединяет первую любовь с последней, мирит давно поссорившихся друзей, православного батюшку с раввином, даже после смерти остается центром созданной им вселенной…

Рекомендуем почитать

«Как определить ложь? Во все времена – от Адама и Евы до злодея Яго – ложь оказывается завязкой драмы, причиной страданий и смертей, катализатором истории. Истории, собранные в книге “Сквозная линия”, касаются этой огромной темы, но ложь, о которой здесь пойдет речь, взята в ее самой легкой и безобидной разновидности: ложь для украшения жизни.

Героини этой книги – бескорыстные лгуньи. Эти выдумщицы и обманщицы всех возрастов – от девочки до старухи – мои друзья, близкие или отдаленные. Самое же в книге забавное, что эта книга о лжи – самая правдивая из всех написанных мною книг…»

Содержит нецензурную брань!

Писатель работает с частным случаем: жизнь дает какой-то повод – и потом рождается сюжет. И однажды автор обнаруживает, что «разбит на тысячи кусков, и у каждого куска свой глаз, нос, ухо – в каждом осколке своя картинка». Герои этой книги собраны под одной обложкой единственно волей сочинителя: писательские дочки, обремененные своим происхождением, и девочки из послевоенных бараков, красавицы, которые несут свою красоту как непосильную ношу, и мечтательный слесарь, увлекшийся ни много ни мало учением Штайнера, и чудак Лёня, отец всем детям любимой им женщины…

Эти рассказы родом из русской прозы, внимательной и сочувственной к «лишним» и «маленьким» людям. Автор своей тонкой и четкой оптикой высвечивает те незначительные складки и повороты повседневной жизни, которые благодаря дарованию Улицкой становятся и резкими, и удивительными, и подчас ужасными, а чаще всего – символическими. И всегда невероятно интересными.

«Первые становятся последними, а последние обладают дарами, не предназначенными для победителей, – нищий радуется тарелке супа, а богатый страдает, не зная, кому оставить завещание… И во всем этом много мудрости, иронии и пищи для размышления».

Содержит нецензурную брань!

Другие книги автора Людмила Евгеньевна Улицкая

Неожиданно актуальный сценарий от Людмилы Улицкой!

«Предполагается, что если ружье в первом акте висит на стене, то в последнем оно должно выстрелить. Многие годы я писала разные тексты и… не публиковала.

И вдруг оказалось, ружье-то стреляет. И не холостыми патронами. Cценарий «Чума», сочиненный очень давно, оказался неожиданно актуальным. Лучше бы этого не было! Но это так…»

Людмила Улицкая

Мудрая старуха, обитающая среди книг и молчания. Озлобленная коммунистка, доживающая свой век в израильском приюте. Сорокалетняя американка – якобы благополучная, но искалеченная воспоминаниями. Немка, ради искупления вины своего народа работающая в христианской общине под Хайфой. Католическая монахиня, ныне православная попадья, нашедшая себя на Святой Земле. Израильский радикал, неуравновешенный подросток, грустный араб-христианин, специалист по иудаике. Большая политика и частная жизнь. США, Израиль, Польша, Литва, Россия. А в центре этого разрозненного и все же отчаянно единого мира – еврей, бывший «крот» в гестапо, бывший партизан, ныне – католический священник. Человек, чья жизнь объясняет, как люди живы до сих пор, как не утопили себя в ненависти и боли. Новый роман Людмилы Улицкой – о странствиях духа во мраке мира, о том, как всякий ищет и находит свет вокруг и в себе. О Даниэле Руфайзене – человеке, с чьей жизнью не способна соперничать никакая литература. О человеке, который до последнего дня оставался милосердным солдатом.

В субботу она взяла таз, чистое белье и девочек, волосы которых были заранее намазаны керосином, и повела их на Селезневку в баню. После бани Ипатьева впервые уложила их спать на свою кровать. До этого они спали в углу, на матрасе. Девочки быстро заснули, а Ипатьева еще долго сидела со своей подружкой Кротовой. Выпив чаю, она сказала:

Конец ознакомительного фрагмента. Полный текст доступен на www.litres.ru

Шел Николаю Романовичу пятьдесят пятый год, возраст почтенный. Так и запишем: никаких постельных радостей не ждать, не рассчитывать, однако отдельная комната, полное обеспечение, уважение, разумеется. С вашей стороны, дорогая Ксантиппа Ивановна, ведение домашнего хозяйства, хранение домашнего очага, то есть: стирка, готовка, уборка. Сыночка усыновлю, воспитаю наилучшим образом. Образование дам. Ода, и музыка, и гимнастика… Ганимед легкобегущий, пахнущий оливковым маслом и молодым потом… Тише, тише, только не вспугнуть прекрасной мелодии. Постепенно, чудесным образом растет в доме нежный ребенок, превращается в отрока… дружок, ученик, возлюбленный… И в эти алкионовы дни он будет своим трудолюбивым клювом вить гнездо своего будущего счастья.

Она позвала Кольку, велев ему оттащить на чердак «шубу», как она уважительно называла свою жакетку, и, снявши в сенцах ключ с гвоздя, стала подниматься вслед за Колькой на чердак.

Просторная деревянная лестница вела на второй этаж, а там она суживалась, делала резкий поворот и останавливалась у низкой дверки.

Старуха Клюквина отомкнула висячий замок, и они вошли в огромное, уже нагретое ранним солнцем помещение. Скаты крыши были неровными, посреди чердака крыша горбилась и уходила вверх, а в одной из скошенных стен зияло большое двустворчатое окно, через которое падал на чердак полосатый поток зыбкого и мутного света.

Неадаптированный рассказ популярной писательницы (более 3000 слов, II сертификационный уровень (В2)). Ударения, лексические и страноведческие комментарии, тестовые задания, ключи, словарь, иллюстрации.

Свою новую книгу Людмила Улицкая назвала весьма провокативно – непроза. И это отчасти лукавство, потому что и сценарии, и личные дневники, и мемуары, и пьесы читаются как единое повествование, тема которого – жизнь как театр. Бумажный, не отделимый от писательского ремесла.

“Реальность ускользает. Всё острее чувствуется граница, и вдруг мы обнаруживаем, как важны детали личного прошлого, как много было всего дано – и радостей, и страданий, и знания. Великий театр жизни, в котором главное, что остается, – текст. Я занимаюсь текстами. Что из них существенно, а что нет, покажет время”. (Людмила Улицкая)

Первый ком земли упал как раз посередине, между кошкой и мальчиком. Кошка, изогнувшись, прыгнула назад. Геня вздрогнул – брызги грязи тяжело шлепнулись на лицо. Второй комок попал в спину, а третьего он не стал дожидаться, пустился вприпрыжку к своей двери. Вдогонку, как звонкое копье, летел самодельный стишок:

– Генька хромой, сопли рекой!

Он оглянулся: кидался Колька Клюквин, кричали девчонки, а позади них стоял тот, ради которого они старались, – враг всех, кто не был у него на побегушках, ловкий и бесстрашный Женька Айтыр.

Самое популярное в жанре Современная русская литература

Да, тот самый Алеша, через тринадцать лет после убийства Федора Павловича. Огромные деньги, оставшиеся от отца, и моральный долг, с этими деньгами связанный, заставляют Алешу забыть о монастыре и стать предпринимателем. Помогает ему в деле Петр Фомич Калганов. Алеша, конечно, женится на Лизе Хохлаковой, но счастье их оказывается недолгим. К началу книги Алексей Федорович уже глава огромного дела, лишь немного уступающий Морозовым и Третьяковым. И вот все идет прахом – стачка, пожар на фабрике, похороны жертв пожара, превратившиеся в кровавое побоище, уголовное дело, болезнь сына… Новая любовь, разрушая привычный уклад жизни, не приносит нового счастья. Кто же виноват в крахе дела, семьи, жизни? Повзрослевшие мальчики, от Илюшечкина камня ушедшие в революцию? Или муж Катерины Осиповны, злобный завистник Перхотин, ставший жандармским подполковником? Или сам Алеша? Ему силою вещей приходится идти на компромиссы с совестью, долг перед людьми незаметно становится важнее самих людей…

Моя любовь к литературе началась с детства – теперь я не могу представить себя без книги. Писать я начала ещё в начальной школе. Мои произведения не раз занимали призовые места в различных конкурсах. Я захотела поделиться с вами моим творчеством. Надеюсь, вы останетесь довольны!

Творчество Наталии Червинской посвящено теме перемещения личности из одной культуры в другую, автора интересуют скорее не бытовые, а психологические проблемы жизни эмигрантов. Это умная, ироничная, порой жесткая проза с мастерски выстроенным сюжетом и множеством точных деталей, поэтому не случайно первая книга Н. Червинской «Поправка Джексона» (2013) нашла отклик среди читателей и стала финалистом Русской премии. В настоящее издание вошли новые рассказы, а также эссе «Маргиналии: Записки читателя», в котором воспоминания неразрывно переплетены с литературной жизнью автора.

Платон Афонин – известный писатель, который в самом начале XXIII века, как и большинство других провинциальных жителей, живёт на подводной лодке. Его родина, Ильёвка, становится одним из самых безопасных мест на планете.Большую часть суток он проводит в приложении «Имитация», беседуя с голограммой своего покойного друга, который это приложение создал, а также с покойной матерью, покойной бывшей девушкой и даже покойным псом. Книга содержит нецензурную брань.

Герои историй Светланы Куликовой стоят перед выбором и делают, казалось бы, верный, но… Пассажирка поезда, помогая попутчице, приносит ей горестную весть («Ирада»), а жестокий убийца творит добро, желая зла («Голос»). Найдут ли супруги – канадские эмигранты – счастье в России («Ненормальные»)? Правы ли вдовец Олег («Козявка») и скучающая туристка-лыжница («Замороженный дождь»)? Есть ли вообще некая единая для всех «норма жизни»? – как бы размышляет автор с грустной иронией… Ответ – за читателем.

Своеобразие произведений Невского – в легком, доступном языке повествования, где нет заумных философствований, сложных логических доктрин. Наоборот, все здесь просто: от описания событий, протекающих в обстановке обычной действительности, до диалогов, вчера услышанных по телефону. Поражает необыкновенная ёмкость фраз, жизненная точность деталей, встроенных в полотно художественного мира и оттого реалистично передающих не только окружающие реалии, но и ощущения от их видения.Александр Цыганов

Вадим никогда не строил больших планов, но один случай, как это часто бывает, способен заставить пересмотреть свои взгляды. Что может помешать современному человеку в достижении, пожалуй, главной цели в жизни?

Должны ли дети видеть смерть? А если они к ней уже прикоснулись? Как изменится их жизнь… Лучшие друзья, которые так ждали лето, оказались в самой ужасной ситуации, которая только могла произойти. Террор не просто пришел в их жизнь, он там остался на многие года, напоминая все время о себе. Как не потерять себя и жить счастливой и спокойной жизнью после того как маленькие дети посмотрели прямо в глаза страху.

Дорогой читатель, в книге, которую вы держите в руках – два произведения Джасура Исхакова. Рассказ «Мотоциклист и ливень», действие которого разворачивается в магазинчике при бензозаправочной станции, на юге штата Нью-Джерси. В рассказе раскрывается зыбкая призрачность внезапно наступившей удачи. В повести «Асик или «Сны о старом Ташкенте» с автором постоянно спорит его «Alter ego», второе «я». Двойник саркастически ироничен по отношению к своему «хозяину, иногда беспощадно нетерпим. Но, по большому счёту, он любит его.

В сборник «Голубка» вошли рассказы Джасура Исхакова, созданные в разные годы. Как и в жизни, в историях его разноликих героев причудливо переплетены чувства радости и грусти, мечты и надежды, предательство и любовь. Но все рассказы полны света и улыбок.

Рекомендуется для широкого круга читателей.

Оставить отзыв