Веселые похороны

Веселые похороны
Аннотация

Долгое прощание с жизнью. Последние дни обаятельного художника Алика, бывшего москвича, теперь американца (да он везде свой, что на Трубной, что в Манхэттене). Окруженный бывшими и нынешними женами, дальними и ближними друзьями, неизлечимо больной Алик соединяет первую любовь с последней, мирит давно поссорившихся друзей, православного батюшку с раввином, даже после смерти остается центром созданной им вселенной…

Рекомендуем почитать

«Как определить ложь? Во все времена – от Адама и Евы до злодея Яго – ложь оказывается завязкой драмы, причиной страданий и смертей, катализатором истории. Истории, собранные в книге “Сквозная линия”, касаются этой огромной темы, но ложь, о которой здесь пойдет речь, взята в ее самой легкой и безобидной разновидности: ложь для украшения жизни.

Героини этой книги – бескорыстные лгуньи. Эти выдумщицы и обманщицы всех возрастов – от девочки до старухи – мои друзья, близкие или отдаленные. Самое же в книге забавное, что эта книга о лжи – самая правдивая из всех написанных мною книг…»

Содержит нецензурную брань!

Писатель работает с частным случаем: жизнь дает какой-то повод – и потом рождается сюжет. И однажды автор обнаруживает, что «разбит на тысячи кусков, и у каждого куска свой глаз, нос, ухо – в каждом осколке своя картинка». Герои этой книги собраны под одной обложкой единственно волей сочинителя: писательские дочки, обремененные своим происхождением, и девочки из послевоенных бараков, красавицы, которые несут свою красоту как непосильную ношу, и мечтательный слесарь, увлекшийся ни много ни мало учением Штайнера, и чудак Лёня, отец всем детям любимой им женщины…

Эти рассказы родом из русской прозы, внимательной и сочувственной к «лишним» и «маленьким» людям. Автор своей тонкой и четкой оптикой высвечивает те незначительные складки и повороты повседневной жизни, которые благодаря дарованию Улицкой становятся и резкими, и удивительными, и подчас ужасными, а чаще всего – символическими. И всегда невероятно интересными.

«Первые становятся последними, а последние обладают дарами, не предназначенными для победителей, – нищий радуется тарелке супа, а богатый страдает, не зная, кому оставить завещание… И во всем этом много мудрости, иронии и пищи для размышления».

Содержит нецензурную брань!

Другие книги автора Людмила Евгеньевна Улицкая

Мудрая старуха, обитающая среди книг и молчания. Озлобленная коммунистка, доживающая свой век в израильском приюте. Сорокалетняя американка – якобы благополучная, но искалеченная воспоминаниями. Немка, ради искупления вины своего народа работающая в христианской общине под Хайфой. Католическая монахиня, ныне православная попадья, нашедшая себя на Святой Земле. Израильский радикал, неуравновешенный подросток, грустный араб-христианин, специалист по иудаике. Большая политика и частная жизнь. США, Израиль, Польша, Литва, Россия. А в центре этого разрозненного и все же отчаянно единого мира – еврей, бывший «крот» в гестапо, бывший партизан, ныне – католический священник. Человек, чья жизнь объясняет, как люди живы до сих пор, как не утопили себя в ненависти и боли. Новый роман Людмилы Улицкой – о странствиях духа во мраке мира, о том, как всякий ищет и находит свет вокруг и в себе. О Даниэле Руфайзене – человеке, с чьей жизнью не способна соперничать никакая литература. О человеке, который до последнего дня оставался милосердным солдатом.

В субботу она взяла таз, чистое белье и девочек, волосы которых были заранее намазаны керосином, и повела их на Селезневку в баню. После бани Ипатьева впервые уложила их спать на свою кровать. До этого они спали в углу, на матрасе. Девочки быстро заснули, а Ипатьева еще долго сидела со своей подружкой Кротовой. Выпив чаю, она сказала:

Конец ознакомительного фрагмента. Полный текст доступен на www.litres.ru

Неожиданно актуальный сценарий от Людмилы Улицкой!

«Предполагается, что если ружье в первом акте висит на стене, то в последнем оно должно выстрелить. Многие годы я писала разные тексты и… не публиковала.

И вдруг оказалось, ружье-то стреляет. И не холостыми патронами. Cценарий «Чума», сочиненный очень давно, оказался неожиданно актуальным. Лучше бы этого не было! Но это так…»

Людмила Улицкая

Неадаптированный рассказ популярной писательницы (более 3000 слов, II сертификационный уровень (В2)). Ударения, лексические и страноведческие комментарии, тестовые задания, ключи, словарь, иллюстрации.

Шел Николаю Романовичу пятьдесят пятый год, возраст почтенный. Так и запишем: никаких постельных радостей не ждать, не рассчитывать, однако отдельная комната, полное обеспечение, уважение, разумеется. С вашей стороны, дорогая Ксантиппа Ивановна, ведение домашнего хозяйства, хранение домашнего очага, то есть: стирка, готовка, уборка. Сыночка усыновлю, воспитаю наилучшим образом. Образование дам. Ода, и музыка, и гимнастика… Ганимед легкобегущий, пахнущий оливковым маслом и молодым потом… Тише, тише, только не вспугнуть прекрасной мелодии. Постепенно, чудесным образом растет в доме нежный ребенок, превращается в отрока… дружок, ученик, возлюбленный… И в эти алкионовы дни он будет своим трудолюбивым клювом вить гнездо своего будущего счастья.

Свою новую книгу Людмила Улицкая назвала весьма провокативно – непроза. И это отчасти лукавство, потому что и сценарии, и личные дневники, и мемуары, и пьесы читаются как единое повествование, тема которого – жизнь как театр. Бумажный, не отделимый от писательского ремесла.

“Реальность ускользает. Всё острее чувствуется граница, и вдруг мы обнаруживаем, как важны детали личного прошлого, как много было всего дано – и радостей, и страданий, и знания. Великий театр жизни, в котором главное, что остается, – текст. Я занимаюсь текстами. Что из них существенно, а что нет, покажет время”. (Людмила Улицкая)

Она позвала Кольку, велев ему оттащить на чердак «шубу», как она уважительно называла свою жакетку, и, снявши в сенцах ключ с гвоздя, стала подниматься вслед за Колькой на чердак.

Просторная деревянная лестница вела на второй этаж, а там она суживалась, делала резкий поворот и останавливалась у низкой дверки.

Старуха Клюквина отомкнула висячий замок, и они вошли в огромное, уже нагретое ранним солнцем помещение. Скаты крыши были неровными, посреди чердака крыша горбилась и уходила вверх, а в одной из скошенных стен зияло большое двустворчатое окно, через которое падал на чердак полосатый поток зыбкого и мутного света.

Первый ком земли упал как раз посередине, между кошкой и мальчиком. Кошка, изогнувшись, прыгнула назад. Геня вздрогнул – брызги грязи тяжело шлепнулись на лицо. Второй комок попал в спину, а третьего он не стал дожидаться, пустился вприпрыжку к своей двери. Вдогонку, как звонкое копье, летел самодельный стишок:

– Генька хромой, сопли рекой!

Он оглянулся: кидался Колька Клюквин, кричали девчонки, а позади них стоял тот, ради которого они старались, – враг всех, кто не был у него на побегушках, ловкий и бесстрашный Женька Айтыр.

Самое популярное в жанре Современная русская литература

Повесть «По зову сердца» рассказывает о жизни молодой учительницы, которая волею судьбы попадает работать в школу-интернат. Невероятная сила характера помогает преодолевать ей жизненные испытания. Эта трогательная история о любви, дружбе, предательстве, порядочности не оставит равнодушным никого. А чудесные рассказы, основанные на реальных событиях, подарят хорошее настроение.

Жизнь преподносит нам сюрпризы. В день совершеннолетия Светлана получает старое письмо, которое меняет её планы и заставляет взглянуть на себя по-новому.

У двух сказок общее – хороший, как положено сказке, конец. Одна сказка веселая, вторая… может, и грустная. О чем они? Автор бы сказал, что о судьбе, но пусть лучше об этом судит читатель…

Обычные и необычные истории из школьной жизни, об отношениях и приключениях, о дружбе и первых симпатиях, плюс немного фантастики.

Книга повествует о молодом парне девятнадцати лет, сознание которого искажено и непонятно окружающему миру… Одним мгновеньем Георгий, тот самый молодой человек, решает поменять жизнь к лучшему, изменить себя и отношение к людям… Как он к этому пришел и чем все закончится.

Ты тоже болен. Но просто не знаешь. Недуг поражает сердце. Твоя история болезни лежит у него на столе, скрытая за обложкой.Кто этот врач, заносящий в свой блокнот пометки, собирающий все новые и новые книги, а затем, раскидывающий их на столе? Ты приходишь к нему ровно в полдень. Он смотрит на тебя не отстраняясь. Оказывается, он давно ждал тебя.

Сейчас наступило непростое время для всех нас. Экономический кризис, коронавирус, карантин и электронные пропуска. Часто можно услышать фразу: «Мир больше никогда не будет прежним».Каким он будет для каждого из нас? Сказать сложно. Я предлагаю посмотреть на это глазами моей героини Лии. На то, как меняется ее жизнь после карантина.Скажу вам по секрету: счастье – оно вообще заразно. Поэтому плюньте смело на коронавирус и начинайте читать мою книгу. И будьте уверены – счастье не за горами.

Всё, что успели накопить за множество веков от Сотворения – это тонны и тонны отходов! Коварные вспышки эпидемий не прекратить, не укротив лесные пожарища, мусор и гниль в природе – до восстановления кислородного баланса Планеты с решительным расширением естественно-целебных зелёных ареалов!

Владимир Баблович как-то попросил своего сына об услуге: когда он умрёт, необходимо похоронить его лысым, а на самих похоронах должен присутствовать только труп Бабловича, его сын и любимый пёсик Чеддер. Наступил тот самый день. Все миллиарды после похорон перейдут сыну, но необходимо побрить папу и сделать это тихо. Теперь Саша ездит по всей Москве в поисках парикмахерской, которая согласится побрить трупу голову. Добавим сюда угон, аварию, милицию… Боже, дай ему сил побрить голову папы и не привлечь СМИ с заголовком «Баблович умер! Когда похороны?»

«Мое лимонное дерево» – это аромат зелени и цитрусов, вкус отменного лимонного пирога из печи и хвойная горечь джина на языке. Это история о маленьком городке и больших людях, ступивших за порог нового тысячелетия. История силы и слабости перед лицом трагедии, открытия правды и принятия себя.Но прежде всего это история о хрупкой душе, тяжелом выборе и сломанном мире. История оправданной жестокости и неоправданной любви, где иногда любовь и жестокость меняются местами.

Оставить отзыв