Очарованный принц

Очарованный принц
Аннотация

«Очарованный принц» – это продолжение полюбившейся читателям всех возрастов книги о мудрено и острослове Ходже Насреддине. Она рассказывает о приключениях героя в горах Ферганы и в Коканде. Насреддин по-прежнему верен себе: он борется со злом, помогает слабым и беззащитным, восстанавливает справедливость. Из беззаботного весельчака наш герой превратился в умудренного житейским опытом философа, который умеет высмеять глупость и всегда придумает дерзкий и хитроумный план, чтобы наказать жадность и порок.

Рекомендуем почитать

«Родители его были людьми простого звания и жили в бедности, но Энрико божественным даром своим приобрел неисчислимые богатства и сделался другом многих весьма высокопоставленных особ: английских пэров, немецких графов и даже тогдашнего владетельного принца Монако. И многие философы, чуждые дешевых обольщений, вступали в близость с великим певцом, стремясь разгадать тайну его необыкновенного дарования, живописцы же и скульпторы соревновались друг с другом в изображении и увековечении его прекрасной головы и лица, в чертах которого явственно виделась печать избранничества…»

Роман «Батый», написанный в 1942 году русским советским писателем В. Г. Яном (Янчевецким) – второе произведение исторической трилогии «Нашествие монголов». Он освещающает ход борьбы внука Чингисхана – хана Батыя за подчинение себе русских земель. Перед читателем возникают картины деятельной подготовки Батыя к походам на Русь, а затем и самих походов, закончившихся захватом и разорением Рязани, Москвы, Владимира.

Роман «Чингизхан» В. Г. Яна (Янчевецкого) – первое произведение трилогии «Нашествие монголов». Это яркое историческое произведение, удостоенное Государственной премии СССР, раскрывающее перед читателем само становление экспансионистской программы ордынского правителя, показывающее сложную подготовку хана-завоевателя к решающим схваткам с одним из зрелых феодальных организмов Средней Азии – Хорезмом, создающее широкую картину захвата и разорения Хорезмийского государства полчищами Чингиз-хана. Автор показывает, что погрязшие в политических интригах правящие круги Хорезма оказались неспособными сдержать натиск Чингиз-хана, а народные массы, лишенные опытного руководства, также не смогли (хотя и пытались) оказать активного противодействия завоевателям.

Грин в своей последней законченной книге занят не столько автобиографией, сколько анализом самого типа формирующейся творческой личности романтика.

«Вся “Автобиографическая повесть” построена на контрасте между “идеальными”, романтическими представлениями о жизни и её суровыми реальными картинами, которые изображаются с натуралистической беспощадностью…»

В эту книгу вошел один из самых знаменитых романов Василия Аксенова, впервые увидевший свет в самиздате. Тогда и подумать было нельзя о том, что такая смелая выдумка автора – независимый Крым – практически станет реальностью. В 1981 году роман вышел в Америке, позже печатался в России, но с основательными купюрами и исправлениями.

Борис Пастернак – второй после Бунина русский писатель, которому присудили Нобелевскую премию по литературе. Его творчество органично сочетает в себе традиции русской и мировой классики с достижениями литературы Серебряного века и авангарда. В повестях, насыщенных автобиографическими сведениями, в неоконченных произведениях обращает на себя внимание необычный ритм его фраз, словно перешедших в прозу из стихов. В статьях, заметках о поэтах и о работе переводчика автор высказывает свои эстетические взгляды, представления об искусстве, о месте творца в мире и истории. В книгу включены также драматические отрывки, представляющие читателю еще одну грань творчества Бориса Пастернака.

«Школьники вошли в маленькую комнату, в которой лежал их больной товарищ. Он уже поправился, но врач велел ему провести в постели еще денек-другой. – Рассаживайтесь! – сказал хозяин комнаты. Тут же он рассмеялся. Рассмеялись и гости. Рассаживаться было не на чем. Вся обстановка комнаты состояла из кровати, стула, ночного столика и комода…»

Роман «К „последнему морю“» В. Г. Яна (Янчевецкого) – третье заключительное произведение трилогии «Нашествие монголов», рассказывающее о том, как «теоретические доктрины» Батыя о новых завоеваниях на европейском континенте – выход к берегам «последнего моря», превращаются в реальную подготовку к походам татаро-монгольских полчищ сначала в среднее Поднепровье, потом на земли Польши, Моравии, Венгрии, Адриатики.

«Я – маленький гимназист. Когда я вырасту, я буду таким, как господин Ковалевский. Этого требует от меня вся семья. Я буду инженером и домовладельцем…»

«Клыч распечатал маленькое треугольное письмо полевой почты. Это не от брата, нет. Не его почерк… Клыч повернул листок, чтобы увидеть подпись. Их было несколько. Ясно, что-то случилось с братом. Это пишут товарищи. Сегодня Клыч собрался идти в аул к матери. А если в письме известие о смерти Берды? Нет, лучше не читать письма…»

В прозе Леонида Андреева причудливо переплелись трепетная эмоциональность, дотошный интерес к повседневности русской жизни и подчас иррациональный страх перед кошмарами «железного века». Любовь и смерть, жестокосердие и духовная стойкость человека – вот главные темы его повестей и рассказов, ставших одним из высших достижений русской литературы начала XX столетия.

«Вот уже пятая неделя, как на кухне происходит что-то особенное.

Кастрюли не чистятся, сор лежит в углу за печкой и не выметается. В дверь с черной лестницы часто просовываются бабьи носы, иногда по два и даже по три носа разом, и таинственно шепчутся.

Не тревожимые мокрой шваброй тараканы собираются густой толпой около крана и озабоченно шевелят усами…»

Другие книги автора Леонид Васильевич Соловьев

Ходжа Насреддин, веселый бродяга тридцати пяти лет от роду, в зените своей славы возвращается в Бухару. Он остр на язык и гибок умом, он любит простых людей и ненавидит несправедливость. Недаром от одного его имени трепещут правители средней Азии.

Но в родном городе его не ждет спокойная жизнь. Эмир Бухары и его приближенные не дают жизни своим подданным.

Первая книга Леонида Соловьева о похождениях веселого народного героя, основанная на народных анекдотах о великом защитнике простого люда Ходже Насреддине.

«… Банкомет – суфлер, тощий, чистенький старичок с лисьей бородкой хвостиком, – покорно встал и закрыл лицо ладонями, так что высовывался только самый кончик носа.

– Если не ошибаюсь, я шел по банку? – спросил рыжий.

Старичок ответил глухо, из-под ладоней:

– Точно так. Ребром не бить.

– Я приступаю, – серьезно сказал рыжий.

Остальные в безмолвии наблюдали. Рыжий прицелился и картами щелкнул старичка по носу.

– Ребром не бить! – дернувшись, закричал старичок. На пятнадцатом ударе его нос покраснел и взмок.

Рыжий, наслаждаясь, продолжал хлестать резкими отрывистыми движениями, «с оттяжкой».

Когда экзекуция закончилась, старичок, зажав распухший нос платком, отошел. Ему было, видимо, очень больно – слезы выступили. Он сказал:

– Нет, господин Логинов, с вами играть невозможно. Вы бьете ребром да еще норовите ногтем задеть. Вредный вы человек, господин Логинов! …»

«…отец умер осенью, когда собирали хлопок, через месяц умерла мать. Зиму Нур-Эддин жил у соседей; в апреле из Ура-Тюбе приехал дальний родственник, знаменитый на всю Фергану художник Усто Сулейман и взял сироту к себе в ученики.

– Тебе посчастливилось, Нур-Эддин, – говорили соседи. – Будь внимательным и послушным. Когда ты окончишь учение, все будут уважать тебя так же, как уважают сейчас мастера Сулеймана, ты будешь носить такой же красивый халат и такую же тонкую чалму.

Усто Сулейман оказался добрым и приветливым стариком. Семьи у него не было. Нур-Эддина он считал сыном. Вдвоем ездили они из кишлака в кишлак, из города в город – всюду, куда приглашали мастера подновить роспись в мечети.

Однажды весной они работали в Шейх-Мазаре. Близилось двухсотлетие со дня смерти великого шейха Раббани, мастеру Сулейману поручили заново расписать мечеть, в которой был похоронен святой. Нур-Эддин растирал краски и мыл кисти, а Сулейман, стоя на подмостках, мудро поучал его.

– Вот эту краску, – говорил он, – привозят из Индии. Если добавить к ней немного уксуса, она становится яркой и прозрачной, как рубин, и не тускнеет даже через пятьсот лет… »

«… Когда моряка Никулина, бывшего шахтера из Донбасса, доставили в госпиталь, дежурный врач безнадежно сказал:

– Двое суток – больше не вытянет. Удивляюсь, как его довезли.

Моряк и в самом деле был очень плох. Весь изрешеченный пулями и осколками, он даже не стонал, лицо покрывала синеватая бледность, так хорошо знакомая врачам. Позвали Сергея Дмитриевича. И здесь, над распростертым, почти бездыханным Никулиным, начался у него с дежурным врачом спор, перешедший даже в легкую ссору.

– А я вам говорю – выживет! – горячился Сергей Дмитриевич. – Вы на грудь посмотрите, на бицепсы! Если такие у нас помирать будут – куда мы с вами годимся? На камбуз нас, картошку чистить!

– Но такая потеря крови! – говорил дежурный врач. – Пробито легкое. Он безнадежен.

– Я запрещаю вам произносить это слово. В моем госпитале врачи должны верить. Врач без фанатической веры в медицину – это, извините, не врач, а холодный сапожник!

– Я просил бы… – обиделся дежурный и, выпрямившись, застегнул верхнюю пуговицу своего халата.

– Довольно! – строго начальственно прервал его Сергей Дмитриевич, выпрямившись, в свою очередь. …»

«… – Ваш рапорт не обрадовал меня, товарищ Ходжаев, – сказал начальник (он был памирец и заметно растягивал окончания слов) – Стыдно, товарищ Ходжаев, весьма даже стыдно! Ваши рапорты похожи один на другой, как горькие листья тополя. Когда же вы, наконец, пришлете мне виноградный листок?

Выговор начался неторопливый и чрезвычайно вежливый. Подкараулив паузу, Садык попросил слова для объяснения.

– Товарищ начальник, – сказал он, волнуясь, – в нашем кишлаке девяносто пять женщин, и все закрыты, – как могу я узнать под паранджой девяносто шестую? На базаре мы покупаем лепешки из одной корзины, мы встречаемся в переулках – и я уступаю дорогу. Когда я иду по улице, то все видят меня издалека, а я, как слепой, ничего не вижу под черными сетками! Вы знаете меня, товарищ начальник, я был рядом с вами во многих боях, но что я могу сделать…»

«… – Вот здесь, – сказал он, – я нашел в ту ночь два больших камня и попробовал разбить свою цепь. Я колотил долго – по железу, по своим пальцам; камни были скользкими от моей крови, а цепь оставалась по-прежнему целой, я только помял два или три звена…

Голос его дрогнул, тень легла на рябое коричневое лицо. Сузив монгольские косые глаза, приземистый и широкогрудый, он пристально смотрел вниз, точно искал на белой каменистой дороге засохшие следы своей крови.

– Я покажу тебе эти цепи, товарищ; они висят на стене в моем доме и охраняют мою душу от неправильной жалости. Если придется мне оступиться и пожалеть врага, я взгляну на цепи и скажу самому себе: "А помнишь, Саид, как они жалели тебя?.." …»

«… Наконец Устинья вышла.

Накинув крючок, доктор быстро разделся и лег.

– Черт знает что! – шепотом говорил он и не мог уснуть, томимый грешными мыслями. Он знал, что может пройти через приемную в ее комнату и не встретит отказа. Очень ясно он представил себе, как прыгнет в приемной зыбкая половица и затаенно звякнут склянки с медикаментами. – Черт знает что! – повторил он, ворочаясь на койке.

Зря сболтнула у колодца Устинья. Не жил с ней доктор и даже не лез. Сначала это казалось ей странным, потом обидным. Доктор нравился ей, иногда она ловила его воровские горячие взгляды, но были они такими короткими, что Устинья даже не успевала ответить на них улыбкой. Наступал вечер, доктор запирал дверь и оставался один в комнате. Ни разу не попытался он задержать Устинью, наоборот, выпроваживал ее поскорей. Ночью она плакала, но о своей обиде никому не говорила – из гордости.

А доктор сдерживался по двум причинам. …»

«… На следующий день Иван Алексеевич уехал. И прошло еще двадцать шесть лет.

Наши старики хорошо помнят эти годы: и первую германскую войну, и революцию, и гражданскую войну, и нэп, и великий перелом в деревне. Ивану Алексеевичу многое пришлось пережить, и вот пятидесятишестилетним стариком он вернулся в родное село.

Здесь от Степана Лаптева он узнал, что Стешин первый сын, Михаил, утонул, а теперь около нее вытягивается и крепчает второй сын, Василий, белобрысый, долговязый парень, глядящий на всех взрослых исподлобья и постоянно грубящий матери своим сиповатым баском.

И тогда с Иваном Алексеевичем приключилось нечто странное, что бывает уделом только высоких душ, напряженно и небесследно живущих на нашей земле. Он увидел знакомые места, увидел Стешу и с недоумением, сердечной мукой понял, что никогда не переставал любить ее. Поэтому и не женился, хотя вовсе не трудно было ему при его трезвости, деловитой солидности подобрать себе хорошую жену. «О память сердца, ты сильней рассудка памяти печальной!..» Память сердца властвовала над ним. …»

Самое популярное в жанре Исторические приключения

Разрушение традиционного уклада жизни евреев в первые десятилетия советской власти, сталинские репрессии, фашистская оккупация, жизнь в эвакуации, борьба с безродным космополитизмом, новый виток антисемитизма в годы холодной войны и последующий исход евреев из Советского Союза – эти и другие наиболее значимые события в истории советских евреев находят отражения в двухсотстраничном романе Алима Ульбашева «Рахиль». В центре повествования Раиса Ароновна Клейнман, учительница немецкого языка в богом заброшенной деревне на севере Казахстана, и ее семья. С первых страниц читатель узнает, что Раиса Ароновна никогда не задумывалась о профессии учителя, оказалась в школе по воле случая. Но ей предстоит работать в непростое время и в непростой среде. В своем большинстве ученики деревенской школы – дети репрессированных и депортированных. Драма состоит в том, что Раиса Ароновна, этническая еврейка, преподает немецкий язык переселенцам из бывшей республики немцев Поволжья. Одна из важнейших сюжетных линий строится вокруг взаимоотношений Раисы Ароновны с немецким мальчишкой Петрушей.

Бу китоб бахт учун курашган инсонларнинг азобли кунлари, бойликга хирс қуйган, инсонлар қалбини ранжитиб, йиллар давомида уларни алдаб, бутун бир оилани барбот қилган, жирканч инсонлар тақдири. Йуқотилган йиллар, унутилган кунлар, беҳисоб кўз ешлар-ю бегуноҳ тўкилган қон бадалини тулаган инсонларнинг қисмати. Беғубор қалблар, пок юраклар, умид учқуни билан яшаган инсонлар тақдири. Қалби тошга айланиб, эзгуликни билмаган инсонларнинг жирканч уйинлари. Китобдаги вокеалар реал хаётга ҳеч ҳам алоқаси йуқ. Воқеалар ёзувчининг хаёлий ижод махсули.

В каждом бандите живет маленький трогательный человек, имеющий право на сочувствие. Узнав человека ближе, можно понять его мотивы, а не однозначно осуждать. Попытка автора показать исторических личностей как живых людей, с их мечтой, болью и светом.

Действие происходит во время первой мировой войны. Русский солдат Степан Воинцев попадает в австрийский плен, после чего освобождается итальянскими войсками. Принимает участие в высокогорной войне в Доломитовых Альпах, а затем, через Францию и нейтральную Швецию, возвращается домой. В России его сразу же захватывает водоворот событий, связанный с завершающими сражениями войны и двумя русскими революциями. В 1918 году, главный герой, теперь уже по заданию большевиков, отправляется в Италию с разведывательными целями. Обратно, в связи с бойкотом Советской России со стороны держав Антанты, ему приходится возвращаться кружным путем, через Китай и Сибирь. Произведений, посвященных первой мировой войне, за минувшее время, написано предостаточно. Я же надеюсь, что читателя сможет заинтересовать описание малоизвестных высокогорных боевых действий в Альпах и Вогезах. Кроме того, в процессе произведения, главный герой также «встречается» с такими интересными историческими персонажами, как Александр Амфитеатров, Велимир Хлебников, Саша Черный, Эрнест Хемингуэй.

Загадочная Северная страна, где сам климат заставляет людей пить магическую воду. Главный герой не исключение, его пристрастие к магической воде стало таким, что народ стал называть его Синим Рыцарем, а каждый его поход в таверну сулит новыми приключениями! Любовь Феи, сражение с горбатоносами, тюрьма и многие другие испытания ждут Синего Рыцаря. Сумеет ли он их преодолеть? Спешите узнать!

В средневековой Франции люди гибнут от неизвестного вируса. Кроме этого, на улицах города происходят таинственные убийства. Как могут быть связаны между собой эти события и при чем тут юная девушка?

Сейчас в мире происходят глобальные климатические изменения. Многие люди начинают замечать это и интересоваться первопричиной. В романе в разговорной форме рассказывается, из-за чего это происходит и что делать. Книга вся насквозь пронизана реальными событиями, названиями и фамилиями. В ней, в разговорной форме, донесено очень много афоризмов, высказываний великих людей. Книга написана в форме пазлов, отдельных событий и встреч из жизни героев. Такая форма изложения направлена на аудиторию 15-30 лет, преимущественно с клиповым мышлением. В конечном итоге у читателя должна сложиться целостная картина своего смысла существования на этой Планете. Главный герой 13-летний мальчик остается сиротой. Его очень состоятельные родители погибают в авиакатастрофе. Он с бабушкой по отцу и охранником бегут из Новосибирска, от конкурентов его отца, к деду по матери в Израиль. Дед тоже очень состоятельный банкир, владелец корпорации. Беглецы получают новые паспорта и возвращаются в Москву. Бабушка академик РАН воспитывает внука Михаила в любви к наукам. Он вырастает очень умным и талантливым. Поступает в МГУ одновременно на экономический и на физфак. Михаил знакомиться с профессором из МГУ, который передает ему знания об экологии и экономике, которые не дают в университете. Михаил осознает планетарный уровень мышления и совместно с друзьями и сыном профессора создает Русское Планетарное общество для спасения человечества от экологической катастрофы.

Роман-эпопея, в котором затрагиваются самые тяжёлые времена жизни вместе со своей страной: репрессии, война, оккупация… События развиваются с 1927 по 2009 год. Вскрывается жизнь, вернее, выживание народа, находящегося под гнётом фашистов и, главное, кто и как боролся за людей. Описываются послевоенные годы, немного про жизнь уже нынешней России. События имели место быть, многие имена и фамилии настоящие, кроме тех, что неизвестны. Есть, конечно, и вымысел автора, но он так же привязан к тем событиям.

Роман о любви, долге, верности и дружбе. Время действий 4 век до н.э. Птолемеевский Египет. Начинается упадок некогда великой державы. Внутри государства идут распри между фараоном и его свитой, происходят бунты и восстания. А на границах неспокойно. Селевкидская империя, еще один обломок державы Александра Македонского, готова вступить с Египтом в битву за Иудею и контроль над всем Ближним Востоком. Но на фоне всей этой ситуации находится место любви между детьми номархов соседних городов, дружбе между теми же детьми и долгу перед государством и «отцом».

Вторая половина 11 века. Европа погружена в странное смятение, привычная жизнь жителей Франции нарушена и уже никогда не станет прежней. И неудивительно, ведь то, во что верили сотни мирных жителей теперь стало преступным и неправильным. Церковный раскол породил в сердцах людей огромную волну негодования, боли и жестокости, а все знают, что у всего есть свои последствия. Каждый хоть раз в жизни слышал о Первом Крестовом походе. Но любой поход начинается с человека, который его придумал. Так кто же он, таинственный родоначальник самой парадоксальной войны на всем белом свете? Какие цели он преследовал и что сподвигло его начать Крестовый поход? Выдуман ли он или все же был реальным человеком со своими болями и печалями? Это история о самой странной войне всего мира. Она показывает, как именно создавался Крестовый поход, каковы истинные его причины. Но самое главное в этой книге – это человек, его страхи, надежды, переживания и его сила, способная разрушить все препятствия на своем пути.

Оставить отзыв