Два товарища

Два товарища
Аннотация

– Что это у тебя под левым глазом?

– В темноте на что-то наткнулся, – сказал я.

– На кулак? – спросил майор и подмигнул мне, довольный своей догадливостью.

Что касается женщины, сидевшей между старичком и майором, то она, по-моему, ни о чем таком вовсе не думала и каждый голый индивидуум интересовал ее только в определенном смысле: годен он или не годен к строевой службе.

– Годен к строевой, – сказала она и тут же, потеряв ко мне интерес, перевела взгляд на следующего по очереди, который мелко постукивал зубами у моего затылка.

Другие книги автора Владимир Николаевич Войнович

Чонкин жил, Чонкин жив, Чонкин будет жить!

Простой солдат Иван Чонкин во время Великой Отечественной попадает в смехотворные ситуации: по незнанию берет в плен милиционеров, отстреливается от своих.

Кто он?

Герой самой смешной политической сатиры советской эпохи. Со временем горечь политического откровения пропала, а вот до слез смешной Чонкин советскую власть пережил!

Впервые – в новой авторской редакции!

– «Что, что», – передразнил я его. – Видишь, забуксовал.

– Ну давай тогда тебя прирежем. На шашлык.

– Брось ты эти шутки, – сказал я ему. – Ты лучше возьми мою телогрейку, вот так сложи вдвое, чтоб изнутри не запачкалась, и подложи под колесо.

Я благополучно переехал через мост и остановился. Иван подал мне мою телогрейку. Она была совсем чистая, а у него на правом боку через рукав шел грязный рубчатый след от ската.

– Ты сам, что ли, ложился под колесо? – спросил я.

Новые времена и новые люди, разъезжающие на «Мерседесах», – со всем этим сталкиваются обитатели города Долгова, хорошо знакомого читателю по роману «Жизнь и необычайные приключения солдата Ивана Чонкина».

Анекдоты о новых и старых русских невероятно смешны. Но даже они меркнут перед живой фантазией и остроумием Войновича в «Монументальной пропаганде».

Вчерашние реалии сегодняшнему читателю кажутся фантастическим вымыслом, тем более смешным, чем более невероятным.

А ведь это было, было…

В 2001 году роман был удостоен Госпремии России по литературе.

Император Николай I во время представления «Ревизора» хлопал и много смеялся, а выходя из ложи, сказал: «Ну, пьеска! Всем досталось, а мне – более всех!» Об этом эпизоде знает каждый школяр. Всякий, считающий себя умным, прочитав «Малинового пеликана» В. Войновича, много смеяться не будет, но скажет: «Ну, роман! Всем досталось, а мне – более всех!» И может быть, после этого в российской жизни действительно что-то изменится к лучшему.

«Хорошими его героями были представители так называемых мужественных профессий: геологи, гляциологи, спелеологи, вулканологи, полярники и альпинисты, которые борются со стихией, то есть силой, не имеющей никакой идеологической направленности. Это давало Ефиму возможность описывать борьбу почти без участия в ней парткомов, райкомов, обкомов (чем он очень гордился) и тем не менее проталкивать свои книги по мере написания, примерно по штуке в год, без особых столкновений с цензурой или редакторами. Потом многие книги перекраивались в пьесы и киносценарии, по ним делались теле- и радиопостановки, что самым положительным образом отражалось на благосостоянии автора…»

«В наш авиационный истребительный полк пришло письмо. На конверте, после названия города и номера части, значилось: «Первому попавшему». Таковым оказался писарь и почтальон Казик Иванов, который, однако, письмом не воспользовался, а передал его аэродромному каптерщику, младшему сержанту Ивану Алтыннику, известному любителю «заочной» переписки.

Письмо было коротким. Некая Людмила Сырова, фельдшер со станции Кирзавод, предлагала неизвестному адресату «взаимную переписку с целью дальнейшего знакомства». Вместе с письмом в конверт была вложена фотография размером 3×4 с белым уголком для печати. Фотография была старая, нечеткая, но Алтынник опытным взглядом все же разглядел на ней девушку лет двадцати – двадцати двух с косичками, аккуратно уложенными вокруг головы…»

«…Когда некоторых моих читателей достиг слух, что я пишу эту книгу, они стали спрашивать: что, опять о Солженицыне? Я с досадой отвечал, что не опять о Солженицыне, а впервые о Солженицыне. Как же, – недоумевали спрашивавшие, – а «Москва 2042»? «Москва 2042», отвечал я в тысячный раз, не об Александре Исаевиче Солженицыне, а о Сим Симыче Карнавалове, выдуманном мною, как сказал бы Зощенко, из головы. С чем яростные мои оппоненты никак не могли согласиться. Многие из них еще недавно пытались меня уличить, что я, оклеветав великого современника, выкручиваюсь, хитрю, юлю, виляю и заметаю следы, утверждая, что написал не о нем. Вздорные утверждения сопровождались догадками совсем уж фантастического свойства об истоках моего замысла. Должен признаться, что эти предположения меня иногда глубоко задевали и в конце концов привели к идее, ставшей, можно сказать, навязчивой, что я должен написать прямо о Солженицыне и даже не могу не написать о нем таком, каков он есть или каким он мне представляется...»

Сенсационный мемуарный роман от самого остроумного и бескомпромиссного классика отечественной литературы Владимира Войновича!

"Автопортрет. Роман моей жизни" - это яркая, художественная автобиография, в которой Владимир Войнович честно и остроумно пишет историю эпохи, в которой ему выпало жить, любить, горячо заботиться о Родине и быть отвергнутым ею, перенести невольную мучительную эмиграцию и получить награду Лауреата Госпремии по литературе.

"Автопортрет. Роман моей жизни" - книга искренняя и точная. Атрибуты времени, черты характеров, привычки и даже особенности речи - все это не только замечено, но и гармонично подано автором.

Что же до искренности - Войнович рассказывает о том, чему был свидетелем, рассказывает "так, как было" - не выпячивая свои заслуги, не затушевывая те поступки, которые можно оценить не только с положительной стороны.

Самое популярное в жанре Современная русская литература

Он ждет недалеко от моста того, кто поможет ему пролить свет на происходящее вокруг и объяснит, почему все фонари погашены, болезнь не отступает, а черная вода зовет к себе.

Зое Никаноровой 37 лет. Она работает на заводе и живет одна. Но у нее есть мечта, ради которой она готова на все. Даже на убийство. Содержит нецензурную брань.

16-летняя дворянка, воспитанная в начале 21 века в крепостнической и самодержавной России, с детства мечтает о демократии и свободе.

– А почему портрет не закончил, дед? – спросили мы. – Ну… почему-почему. Как объяснишь-то. Это же жизнь целая…

Реальная история жизни в Таиланде. Дружба, Женщины, Приключения, Любовь.

2034 год. Жизнь изменилась после хаоса большой войны. В мире есть организация «Единое правительство», которая контролирует ООН. Тем временем против начинает выступать общество «Мир без единства» под руководством брата главного героя. Множество людей становится сторонниками общества, в том числе и генералы, с помощью которых организуют сопротивление. Главному герою Ивану предстоит пережить это восстание. Примет ли он сторону брата? Или станет на стороне нового мира?

Действительно ли вселенная бесконечна? И если это так, то какие в ней могут быть миры?

Хотите быть рядом – будьте, хотите осчастливить кого-то – сделайте. Не упускайте возможности лишний раз поговорить с человеком, ведь возможно вы сделаете это в самый последний раз в своей жизни…

Повесть рассказывает читателям о девочке, переехавшей в Америку из России. Именно там Кейт столкнется с различными проблемами. Она узнает, что такое предательство, первая любовь. Она поймет, что ее могут окружать как враги, так и любящие ее люди. Ей придется сделать выбор, от которого будет зависеть жизнь человека, обидевшего ее. И что же она выберет?

Мы живём или не живём? Мы есть в этом мире или кто-то за нас присутствует в нём? Добро и зло поменялись местами. Вернее, их вообще нет. И они уже не нужны никому. Былые основополагающие принципы мироздания летят в тартарары. Человеческая жизнь на планете похожа на Чёрную дыру Вселенной. Прошлые идеалы безвозвратно исчезают в ней. Об этом напряжённо, порой на изломе думает писатель Сергей Пылёв, пытается вместе с читателем определиться в крайностях сегодняшнего болезненного, надрывного бытия. Будущее наступает, не оставляя в нём места тому человеку, каким он сейчас является. Это катастрофа или обретение высшего смысла? Повести автора заряжены здравой иронией и зрелой мудростью. Язык светел и прост.

Оставить отзыв