Автопортрет: Роман моей жизни

Автопортрет: Роман моей жизни
Аннотация

Сенсационный мемуарный роман от самого остроумного и бескомпромиссного классика отечественной литературы Владимира Войновича!

"Автопортрет. Роман моей жизни" - это яркая, художественная автобиография, в которой Владимир Войнович честно и остроумно пишет историю эпохи, в которой ему выпало жить, любить, горячо заботиться о Родине и быть отвергнутым ею, перенести невольную мучительную эмиграцию и получить награду Лауреата Госпремии по литературе.

"Автопортрет. Роман моей жизни" - книга искренняя и точная. Атрибуты времени, черты характеров, привычки и даже особенности речи - все это не только замечено, но и гармонично подано автором.

Что же до искренности - Войнович рассказывает о том, чему был свидетелем, рассказывает "так, как было" - не выпячивая свои заслуги, не затушевывая те поступки, которые можно оценить не только с положительной стороны.

Другие книги автора Владимир Николаевич Войнович

Чонкин жил, Чонкин жив, Чонкин будет жить!

Простой солдат Иван Чонкин во время Великой Отечественной попадает в смехотворные ситуации: по незнанию берет в плен милиционеров, отстреливается от своих.

Кто он?

Герой самой смешной политической сатиры советской эпохи. Со временем горечь политического откровения пропала, а вот до слез смешной Чонкин советскую власть пережил!

Впервые – в новой авторской редакции!

– «Что, что», – передразнил я его. – Видишь, забуксовал.

– Ну давай тогда тебя прирежем. На шашлык.

– Брось ты эти шутки, – сказал я ему. – Ты лучше возьми мою телогрейку, вот так сложи вдвое, чтоб изнутри не запачкалась, и подложи под колесо.

Я благополучно переехал через мост и остановился. Иван подал мне мою телогрейку. Она была совсем чистая, а у него на правом боку через рукав шел грязный рубчатый след от ската.

– Ты сам, что ли, ложился под колесо? – спросил я.

Новые времена и новые люди, разъезжающие на «Мерседесах», – со всем этим сталкиваются обитатели города Долгова, хорошо знакомого читателю по роману «Жизнь и необычайные приключения солдата Ивана Чонкина».

Анекдоты о новых и старых русских невероятно смешны. Но даже они меркнут перед живой фантазией и остроумием Войновича в «Монументальной пропаганде».

Вчерашние реалии сегодняшнему читателю кажутся фантастическим вымыслом, тем более смешным, чем более невероятным.

А ведь это было, было…

В 2001 году роман был удостоен Госпремии России по литературе.

«Перед тем как случиться всей этой истории, я спокойно писал своего «Чонкина», намереваясь закончить его (как всегда, на протяжении вот уже лет двенадцати) «в этом году». Только что я кое-как выбрался из очередной опалы и по некоторым признакам догадывался, что скоро попаду в следующую, будет новая нервотрепка, полное отсутствие денег и сейчас, пока после раздачи долгов еще немного осталось от двух чудом вышедших одновременно книг, надо писать «Чонкина» как можно быстрее, не отвлекаясь ни на что постороннее, но постороннее влезло, меня не спросив, и все-таки отвлекло. Неожиданно для себя я был вовлечен в долгую и нелепую борьбу за расширение своей жилплощади. Откровенно говоря, мне это не свойственно. От борьбы за личное благополучие я по возможности уклоняюсь. Ненавижу ходить к начальству и добиваться чего-то. По своему характеру я непритязателен и довольствуюсь малым. Я не гурман, не модник, не проявляю никакого интереса к предметам роскоши. Простая пища, скромная одежда и крыша над головой – вот все, что мне нужно по части благополучия. Правда, под крышей мне всегда хотелось иметь отдельную комнату для себя лично, но вряд ли такое желание можно считать чрезмерным…»

Причудливые, неправдоподобные, но задокументированные картины недавней нашей реальности в жизни, литературе и политике. 1973–1993.

Социальная комедия Владимира Войновича. В пьесе обличается общество победившего кафкианства. Главный герой произведения – инженер Подоплеков – отправляется под суд прямо из зрительного зала театра, куда, ничего не подозревая, пришел культурно провести вечер с женой.

«Еще сегодня утром Афанасий Очкин был совершенно здоров. Он встал, оделся, умылся подогретой водой и, пока жена его Катя готовила завтрак, пошел в сельмаг за солью. В сельмаге была крупная соль, поэтому Очкин, поговорив с продавщицей, пошел через все село в другой магазин, или, как его называли, чапок. В чапке мелкой соли тоже не оказалось, но зато был вермут в толстых пыльных бутылках. Очкин отдал продавщице Шуре все деньги, и та налила ему стакан вермута, правда, неполный, потому что у Афанасия до полного стакана не хватило двух копеек. Очкин поговорил с Шурой, потом из пивной кружки насыпал в кулечек две ложки крупной сырой соли и собрался уже совсем идти домой, да увидел двух дружков – плотника Николая Мерзликина и счетовода Тимофея Конькова, которые тоже пришли в чапок выпить. Очкин знал, что дружки ему не поднесут, но на всякий случай стал изучать взглядом консервные банки, выставленные на прилавке…»

Впервые под одной обложкой выходят самые знаменитые автобиографические повести Владимира Войновича: «Иванькиада», «Дело № 34840» и «Портрет на фоне мифа».

В них есть все, чем была богата и знаменита советская и постсоветская эпоха: козни всемогущих спецслужб и заигрывание с «творческой интеллигенцией», впечатляющие творческие свершения и мелкие окололитературные и бытовые дрязги, гордость за свою страну и горечь от осознания ее недугов и обида за ее неблагодарность. Войнович в каждой строчке остается верен себе: скрупулезен до мелочей, честен, бескомпромиссен и, конечно же, остроумен и язвительно ироничен.

Самое популярное в жанре Биографии и мемуары

Многие ли проживают свою собственную жизнь? Многие ли стараются быть самими собой, а не теми одетыми на нас личинами? Об этом задумался и главный герой этого произведения, в одночасье осознавший, что является завсегдатаем одного извечного бала-маскарада. Приходил он на "бал" всегда в разных воплощениях и до того увлекла его вся эта игра в "переодевания", что масочник наш и заметить не успел, как стал рабом своих собственных ликов. Теперь ему предстоит разобраться в себе, вступить в откровения со своим раздробленным "Я", чтобы вернуть то, чем он когда-то обладал и чего незаметно для себя самого лишился – это собственной Жизни.

Автор рассказывает об уникальном явлении среди реалий советского общества – о единственном в СССР букинистическом магазине иностранной книги. Взгляд автора на деятельность этого магазина – это взгляд из «зазеркалья», с другой стороны прилавка, поскольку Т.Л. Жданова проработала там 17 лет и знает как официальную сторону работы, так и ее изнанку. Автор пытается охватить все грани жизни этого магазина в 1970-х и 1980-х гг.

Книга написана очень ясным и живым языком и сможет заинтересовать широкий круг читателей.

Физики будущего начали эксперименты по воздействию тёмной энергией на тёмную материю. Но главной задачей оставалось достижение возможности вернуть душу в мертвое тело или спящий клон. В истории – свидетельства о землетрясениях, лесных пожарах, засухе во всемирном масштабе и переходе с/х под землю. В воспоминаниях – взлёт научно-технического творчества автора, завершившийся диссертацией и учёным званием доцента, рассказ об увлекательных командировках и карьере его сына, который стал к. и. н.

Мир будущего расколот на четыре части. Человечество приступило к экспериментам с тёмной энергией. Связаны ли с этим дрейф оси вращения Земли и исчезновение смены времён года? Кладезь бездны и нашествие насекомых. Со Снежаной поговорил о свободах, помечтал о будущем правлении и сравнил революции XX в. Ведь автор занимался политикой в рядах ЛНФ и стал депутатом двух Советов. Здесь же деятельность автора как зампредседателя райсовета, его вклад в дружбу народов и повесть об информационной войне.

Двадцать шестого августа 1909 года тихую Тулу взбаламутили слухи о проезде через город императорской семьи. На улицах толпами собирался люд. Спешно прихорашивался железнодорожный вокзал, развешивали флаги и штандарты, устанавливали вензеля. Суетились и на самоварной фабрике наследников Василия Баташева – знаменитые самогреи выбрали в качестве подарка августейшей фамилии…

Визит начальника КГБ империи, которая объявила о решении оставить заключённую в живых и посадить на трон. Во дворце разговор с фрейлиной о красоте, об искусстве и спорте. Обретение дневника 1903 года 19-летней девушки-дворянки Вали из Петербурга. А в истории Земли – ультрафиолетовая катастрофа, уничтожение наземной растительности, вся жизнь – под землёй. В воспоминаниях – предпринимательская и новая преподавательская деятельность автора и очередная метаморфоза: он занялся реставрацией живописи.

После съемок мы с Лидой не расставались. Я не питал иллюзий, понимал: найдутся «доброжелатели», которым это не понравится. Но не предполагал, что их окажется так много. От Лиды отвернулись друзья, считавшие, что прошло слишком мало времени с момента ухода Шукшина. Про меня говорили, что таким способом я, оператор-постановщик третьей категории, прокладываю себе дорогу в большой кинематограф, хотя свою состоятельность в профессии я уже успел доказать.

Книга выделена из серии «Энциклопедия…» в самостоятельную из трёх томов. В первом томе – детство, юность и зрелость Н.А. Макаровца, кончая переездом в Бийск. Затем —история покупки нами «Москвича 408» в условиях отсутствия денег. 1967–1971 гг. Все отпуска на Москвиче: Крым по старой дороге, Гора волшебная Димерджи, Легенды Крыма, Симеиз, Скалы Дива и Монах, Ай-Петри, фонтан слёз во дворце Бахчисарая, Никитский сад, Поляна сказок. В пустыню через горы: Москва –Воронеж – Астраханская пустыня – Орджоникидзе – Военно-грузинская дорога – вдоль Терека – Дарьяльское ущелье – Казбеги – гора Казбек – Крестовый перевал – Тбилиси – Гори Музей Сталина. Пещерный город Уплисцихе. Ереван. Севан. Легенда о царице Тамаре и полуострове Ахтамар. Пушкинский перевал. На море в Лесилидзе – и домой. Коктебель. Гора Кара-Даг. Скалы Кара-Дага. И всё это мы видели, путешествуя на красненьком маленьком «Москвиче 408».

Роберт пришел к атташе по культуре: «У меня приятная новость, я женюсь». – «Поздравляю, – обрадовался тот, – а кто она?» – «Молодая певица из Советского Союза». Лицо чиновника стало менее радостным: «Кто именно?» – «Знаешь, есть такая Любовь Казарновская?» Остатки улыбки смыло с лица господина атташе…

После развода мы еще год жили под одной крышей, и мне казалось, может, кризис повернет нас куда-то… Подавлял из-за этих надежд довольно сильные чувства к одной девушке. А когда смог отпустить жену и созрел, чтобы открыться тому человеку, ситуация изменилась уже у нее. Не совпали во времени, что называется…

Оставить отзыв