Поминальная молитва

Поминальная молитва
Аннотация

Ироничная пьеса Григория Горина. В Анатовке одновременно сосуществуют русские, украинцы и евреи. И несмотря на разность культур и религий, им удаётся вполне успешно жить в одном месте. Здесь же со своей семьей живёт еврей Тевье. Он – молочник, поэтому не слишком богат и у него пять дочерей, которых надо выдать замуж. Мы видим простого и в то же время мудрого человека, часто обращающегося к Богу и пытающимся решить насущные жизненные проблемы. Пьеса пропитана еврейской мудростью и характерным, одновременно печальным и весёлым юмором, позволяющим преодолевать любые трудности.

Другие книги автора Григорий Израилевич Горин

В этой трагикомедии Горин продолжает события всемирно известной пьесы Шекспира «Ромео и Джульетта». Действие разворачивается сразу после смерти двух молодых влюблённых. Герцог Веронский не оставляет попыток примирить два враждующих дома, отравляющих своими дрязгами жизнь всего города. Он предлагает сделать то, что не удалось в полной мере Ромео и Джульетте: поженить двух молодых людей из дома Монтекки и Капулетти, чтобы тем самым прекратить вражду. И вновь, молодые герои, влюбляющихся друг в друга по ходу действия, оказываются заложниками своих семей… Вся абсурдность их вражды пугает ощущением того, что ничто не в силах её остановить. Ни любовь, ни чума…

Предвоенная Москва. Мы видим жизнь известного конферансье. Ему едва за пятьдесят лет, он женат, у него есть дочь и даже внук. Жизнь вполне сложившаяся, хотя нельзя сказать, что полностью благополучная, ведь наш герой, не смотря на свой талант, к своим годам выше так и не поднялся. Тем не менее, он мастер своего дела. Начинается война и вся жизнь полностью перекроена. В составе концертной бригады он ездит по линии фронта, чтобы поддерживать боевой дух солдат. Но они попадают в плен. Отто, руководитель аналогичной команды с немецкой стороны, предлагает им выступать перед немцами, чтобы избежать лагеря. Им приходится согласиться. Но шанс проявить героизм не заставит себя ждать. И конферансье предстоит шутить в последний раз. Единственный раз шутить не ради смеха публики.

Легендарный Мюнхгаузен, описанный Григорием Гориным, достаточно сильно отличается от хорошо известного нам классического литературного образа. Он фантазёр и нонконформист. Вся его жизнь – жизнь гения, устроенная так, чтобы быть не как у всех. Мюнхгаузену важно существовать в бурной и значительной деятельности. К сожалению, почти никто не может понять и принять его. Для большинства он сумасшедший, постоянно дающий повод для насмешек. Для своей семьи он обуза, сын не любит его, ведь «слава» отца отбрасывает тень и на него… Мюнхгаузен парадоксален, ведь со всеми своими небылицами и фантазиями, он оказывается самым правдивым и порядочным человеком. Готовым идти на принцип, даже себе во вред.

«… Тут жандармерия перешла в атаку на армию:

– Дорогой Иван Антонович! Время-то сейчас трудное… В Европе – смуты, волнения, – Мерзляев перешел на шепот, – кое-где баррикады. Вредные идеи – они в воздухе носятся. Там выдохнули, здесь вдохнули… На кого государю опереться? Кому доверять? Только армии… Но, как говорится, доверяй, но проверяй…

– Ну, вы мой полк не марайте! Мои орлы не дураки! Газет не читают, книг в глаза не видели, идей никаких не имеют!

– Не надо перехваливать, Иван Антонович… Вот, например, получен сигнал: некий корнет Плетнев в одной компании вольнодумно высказывался.

– Да мало ли что спьяну сморозил?! Все болтают.

– Болтают все, – глубокомысленно заметил Мерзляев. – Не на всех пишут… А вот поставим его лицом к лицу с бунтовщиками – и сразу будет ясно, что за человек. Спьяну болтал или нет.

– Я за Плетнева ручаюсь как за себя!

– Дорогой Иван Антонович, – грустно сказал Мерзляев, – такое время – ни за кого ручаться невозможно… Вот, послушайте… Вроде бы птички Божии, а что позволяют. – Он свистнул, и попугаи немедленно отозвались: «Царь-дурак…», «Царь-дурак…», «Дурак!», «Долой самодержавие!»

Лицо полковника перекосилось. Мерзляев тоже несколько изумился новой формулировке попугая.

– Вот такие настроения витают не только в обществе, но и в природе! – подытожил Мерзляев, радуясь тому, что жандармерия в который раз одержала победу над армией. …»

Я спрашиваю:

– А зачем я вам нужен, третий – лишний?

Лупенков говорит:

– Да чтобы избежать ненужных сплетен… И потом у меня с Зоей взаимоотношения только еще выстраиваются, и я с ней пока тет-на-тет несколько робею… А вы – человек тактичный: и разговор поддержать умеете и уйти, когда надо…

Я говорю:

– Ну пожалуйста! С удовольствием…

Короче, в воскресенье пришли в цирк, сели, смотрим.

Гимнастки по канатам ходят, собачки пирамиду делают, у клоуна отовсюду вода брызжет, – в общем, интересно…

У Андрея Щукина день рождения. Он – видный учёный. Телефон разрывается от поздравлений, приходит множество писем. Неожиданно, к нему приходит незнакомец – некто Щагин, который представляется настоящим Андреем Щукиным. Он рассказывает о том, как их перепутали в роддоме, как медсестра молчала об этом долгие годы и лишь недавно рассказала правду. Щагин рос с отцом алкоголиком, поддержки особой никогда не имел, жизнь его не сложилась. И он решил прийти к тому, кто занял его место.

«Григорий Горин был серьезным человеком. Он знал цену написанному и произнесенному слову Он знал, как к слову относятся в России. И потому верил в их магическую силу, способную упорядочить хаос – вовне и внутри нас. Его тексты и станут его судьбой».

Михаил Швыдкой

«… В преклонном возрасте Фаина Георгиевна Раневская сказала: „Ах, я становлюсь такой старой, что уже забываю собственные мемуары“.

Так вот, пока память мне не изменяет, я решил делать мемуарные записи об артистах, режиссерах, писателях, с которыми мне повезло работать и дружить…

При этом мне хотелось избежать излишней серьезности. Потому что про живых надо рассказывать только весело… Во всяком случае, чтоб посторонние люди, услышав, тоже улыбнулись…

Поэтому мемуары у меня иронические …»

Самое популярное в жанре Литература 20 века

«Дорога никуда» – книга об отчаянии и надежде, благородстве и человечности, смирении и борьбе. История одинокого мечтателя в поисках счастья, которое, казалось бы, близко – на расстоянии вытянутой руки, – но внезапно ускользает из-за трагической ошибки…

Последний законченный роман автора, пронзительно горький, но в то же время излучающий особенный, по-гриновски добрый свет.

Книги Розамунды Пилчер (1924–2019) знают и любят во всем мире. Ее романы незамысловаты и неторопливы, зато в них много подлинного тепла и сердечности. Кредо писательницы можно охарактеризовать фразой: «У хороших людей всегда все будет хорошо» – и в данном случае это залог устойчивого читательского успеха.

Решительная и независимая Ребекка узнает о том, что она внучка знаменитого художника, и отправляется к нему в Корнуолл – суровый, ветреный и неизменно прекрасный. Там ей придется разгадать несколько семейных тайн и, возможно, обрести настоящее счастье…

«Один писатель широкими мазками набрасывает на огромные полотна всякие эпизоды, другой описывает революцию, третий военные ритурнели, четвертый занят любовными шашнями и проблемами. Автор же, в силу особых сердечных свойств и юмористических наклонностей, описывает человека – как он живет, чего делает и куда, для примеру, стремится» – так Михаил Зощенко написал во вступлении к «Сентиментальным повестям», вошедшим в этот сборник. Творчество талантливого мастера юмористического рассказа и признанного классика стало символом послереволюционной России. А его веселые, трогательные, мечтательные, а порой и грустные произведения – где все такое знакомое и житейски привычное – остаются актуальными в любые времена.

В этот сборник также вошли: повесть «Мишель Синягин» – о неприспособленном к реалиям новой жизни интеллигенте – и сатирические рассказы из сборника «Веселая жизнь».

Все части культовых «Двух жизней» Конкордии Антаровой – в одном сборнике! Чтобы ничего не отвлекало от увлекательной теософской прозы.

В годы Великой Отечественной войны бывшая оперная певица, ученица Станиславского, записывает текст, который ей телепатически передает последователь Учителей Востока. Так рождается роман-загадка, названный «русским Шанатарамом», впервые изданный спустя 50 лет после написания и сразу ставший бестселлером.

В главных героях легко узнать Льва Толстого, Сергея Рахманинова и другие «великие души», оставшиеся на земле. Погони, страсти, приключения, философия Востока и духовный рост – все это открывает драгоценная шкатулка «Двух жизней».

Начните путешествие в легендарную историю!

Евгений Замятин, Олдос Хаксли и Джордж Оруэлл создали портрет тоталитарной системы в интерьере XX века, и каждый запечатлел свою голову трехглавого Цербера, который стережет души, не позволяя им вырваться из ада несвободы. Каждый из этой троицы писал одну из створок триптиха, пытаясь заставить людей ужаснуться и сделать шаг назад от края пропасти. Они предостерегали, вселяя в пас надежду: если предупрежден, значит, вооружен.

«…этот роман – сигнал о двойной опасности, угрожающей человечеству: от гипертрофированной власти машин и гипертрофированной власти государства».

Евгений Замятин

Жарким днем 1919 года молодой солдат, спасая свою жизнь, убивает преследующего его всадника на белом коне. От этой встречи без свидетелей останутся лишь болезненное воспоминание и образ, всю жизнь преследующий героя, пока спустя годы, работая в Париже журналистом, он не прочитает рассказ, в деталях воспроизводящий историю с точки зрения жертвы. Так начинаются поиски неуловимого Александра Вольфа, в результате которых рассказчик оказывается вовлеченным в серию странных встреч и событий, заставляющих его размышлять о жизни, смерти, роковых совпадениях и неизбежности судьбы.

В романе «Возвращение Будды» читателя ждет все тот же Париж русской эмиграции: переулки городских трущоб, воспоминания, головокружительные фантазии, бедный студент, загадочный бездомный, ставший миллионером благодаря неожиданному наследству, его молодая возлюбленная и единственный свидетель убийства – золотая статуэтка Будды…

Автобиографичность, психологизм и традиции европейского экзистенциализма Газданов мастерски переплетает с элементами приключенческой прозы, философского триллера и детектива.

Роман «Пыль» и повесть «Салон-вагон» – наиболее известные произведения русского писателя и драматурга начала XX века Андрея Соболя (Юлий Михайлович Соболь, 1887–1926). В первом из них многократно варьируется тема поиска человеком своего места в разворошенном революцией мире, во втором – его герой, комиссар Временного правительства, в прошлом революционер и каторжанин, видит, как долгожданная революция превращается в кровавый кошмар, но бессилен помешать этому. В книгу также вошли повесть «Бред» и яркие экспрессивные рассказы автора.

Юз Алешковский (1929–2022) – русский писатель и поэт, автор популярных «лагерных» песен, которые не исполнялись на советской эстраде, тем не менее обрели известность в народе, их горячо любили и пели, даже не зная имени автора. Перу Алешковского принадлежат также такие произведения, как «Николай Николаевич», «Кенгуру», «Маскировка» и др., которые тоже снискали народную любовь, хотя на родине писателя большая часть их была издана лишь годы спустя после создания. По словам Иосифа Бродского, в лице Алешковского мы имеем дело с уникальным типом писателя «как инструмента языка», в русской литературе таких примеров немного: Николай Гоголь, Андрей Платонов, Михаил Зощенко… «Сентиментальная насыщенность доведена в нем до пределов издевательских, вымысел – до фантасмагорических», писал Бродский, это «подлинный орфик: поэт, полностью подчинивший себя языку и получивший от его щедрот в награду дар откровения и гомерического хохота».

Чингиз Айтматов (1928—2008) – советский киргизский писатель, поднимающий в своих произведениях общечеловеческие и философско-нравственные проблемы.

В книгу вошли его повести о любви, взрослении в трудные военные годы и налаживании жизни после войны («Джамиля», «Ранние журавли», «Первый учитель»), а также философская притча «Прощай, Гульсары!».

Этот цикл рассказов я посвятил простым людям, тем, кто живет рядом с нами, трудится и никогда не опускает руки. Они рассказали мне эти истории, а я рассказал их вам.

Оставить отзыв