По поводу самопризнаний двух петербуржцев

По поводу самопризнаний двух петербуржцев
Аннотация

«Петербуржца всегда изображаютъ сухимъ и порой даже мрачнымъ эгоистомъ; выражается онъ безжизненнымъ, оффицiально-газетнымъ слогомъ; имѣетъ даже отвращенiе нѣкоторое къ кореннымъ русскимъ словамъ. Все это, правда, пожалуй, – но есть предметъ, о которомъ петербуржецъ любитъ особенно поговорить и поговорить съ жаромъ; когда онъ становится такъ-же уморительно краснорѣчивъ, какъ петербуржскiй публицистъ, разсуждающiй о политикѣ г. Бисмарка, или о смерти г. Мокара…»

Произведение дается в дореформенном алфавите.

Другие книги автора Дмитрий Васильевич Аверкиев

«М. Г.! Я постоянный читатель вашего журнала и постоянно слѣжу за мнѣнiями вашего критика Ап. Ал. Григорьева, гдѣ бы они не появлялись. Я даже „Якорь“, сей мертворожденный „Якорь“, читалъ пока въ немъ участвовалъ г. Григорьевъ.

Г. Григорьеву конечно, мы всѣ кой чѣмъ обязаны, ну хоть кой чѣмъ, на прим. хоть правильнымъ взглядомъ на Пушкина и Лермонтова, на комедiю Грибоѣдова. Вѣдь это не совсѣмъ шутка-съ? Его взглядъ на искуство, какъ на дѣло народное, вѣрность и меткость его соображенiй, когда дѣло идетъ о томъ, чтобы опредѣлить органическое-ли произведенiе данное, или искуственное, дѣланное, – все это не мало прельщало меня и находило во мнѣ преданнаго читателя. Но вотъ съ прискорбiемъ я сталъ замѣчать, что онъ уклонился какъ будто въ сторону. Куда-же обратиться, гдѣ высказать свои недоразумѣнiя? Долго я думалъ объ этомъ. Конечно, г. Григорьева только лѣнивый не бранитъ; только лѣнивый не издѣвается надъ нимъ и часто самымъ пошлѣйшимъ образомъ…»

Произведение дается в дореформенном алфавите.

«Одна статья, недавно появившаяся въ печати, навела меня на мысль написать эти замѣтки.

Статья эта ставитъ вопросъ о годности или негодности нашей учащейся молодежи чрезвычайно просто и умно. Авторъ и не думаетъ защищать молодое поколѣнiе: онъ отвѣчаетъ на обвиненiе фактами. Вы насъ обвиняете – таковъ смыслъ его статьи – такъ выслушайте – же какъ вы старались о нашемъ воспитанiи; мы неучи, посмотрите каковы ваши учоные, полюбуйтесь на тѣхъ, которые просвѣщали насъ. Всѣ, кому пришлось быть въ одно время съ авторомъ этой статьи въ университетѣ, конечно подтвердятъ правдивость его разсказа. Состоянiе историко – филологическаго факультета одного изъ нашихъ университетовъ нарисовано имъ необыкновенно ярко; дѣло говоритъ само за себя…»

Произведение дается в дореформенном алфавите.

«Говоря об Островском, нельзя не вспомнить о его достолюбезной личности. Очерк его головы, на мой взгляд, имел сходство с головой Софокла, как тот изображен на одном из бюстов Капитолийского музея. В его лице самое привлекательное были глаза: они умели и думать, и слушать, и улыбаться, и смеяться самым задушевным образом. Как у всех смертных, у Александра Николаевича были, конечно, свои странности и недостатки; но они как-то шли к нему: так иной раз родимые пятнышки увеличивают миловидность. Оттого у всех близких к покойному людей даже к ним установилось какое-то любовное отношение…»

«Въ пятницу 25–го сентября умеръ нашъ другъ и сотрудникъ Аполлонъ Александровичъ Григоревъ.

Потеря его для насъ велика и незамѣнима. Многое еще не досказано имъ; многое, высказанное мимоходомъ, не получило достодолжнаго развитiя.

Чтобы понять и вѣрно оцѣнить жизнь и литературную дѣятельность Григорьева, надо уяснить себѣ его основныя воззрѣнiя, или, вѣрнѣе и лучше, вѣрованiя. Мнѣ кажется я не ошибусь, если скажу, что основой его личности была полная, безъ поворота, вѣра въ жизнь и вѣра въ искусство, какъ въ одно изъ главнѣйшихъ выраженiй жизни. Вѣра въ жизнь во всѣхъ ея проявленiяхъ; въ жизнь безустанно развивающуюся, по своимъ основнымъ извѣчнымъ законамъ; въ жизнь, которую нельзя затиснуть въ рамку никакой – какъ – бы умна она ни была – теорiи; въ вѣчно юную и любящую, постоянно обманывающую строгiя, но сухiя выкладки ума, – въ то, что покойный называлъ иронiей жизни…»

Произведение дается в дореформенном алфавите.

«Г. Костомаровъ, учоный пользующiйся въ Петербургѣ большой извѣстностью, любимецъ петербургской публики, написалъ, какъ извѣстно по порученiю здѣшней Академiи Наукъ, статью для „Мѣсяцеслова“ на 1864 г. Эта статья успѣла въ короткое время прославиться чуть-ли не больше всѣхъ другихъ трудовъ почтеннаго ex-професора и по справедливости заслужила позорную извѣстность. Статья эта вызвала замѣчанiе г. Погодина въ 4 No „Дня“ и такимъ образомъ повела къ длинной полемикѣ, окончившейся 2-го марта статьею г. Костомарова, напечатанной въ № 62 „Голоса“. Въ этой полемикѣ приняли косвенное участiе два петербургскiе журнала, выразившiе своими замѣчанiями впечатлѣнiе, произведенное споромъ двухъ учоныхъ на петербургскую публику…»

Произведение дается в дореформенном алфавите.

«Васильевъ, какъ уже извѣстно нашимъ читателямъ, оставилъ петербургскую сцену. На прощанье съ высокодаровитымъ артистомъ, мы считаемъ не лишнимъ сказать о немъ нѣсколько словъ; сказать за что мы такъ любили его, за что такъ высоко цѣнили его дарованiе.

Живо мы помнимъ тотъ вечеръ, когда видѣли его въ первый разъ: это былъ вторй или третiй дебютъ его на петербургской сценѣ; играли «Жениха изъ Ножовой Линiи». Съ перваго взгляда, онъ понравился намъ своей простой, ни мало неизысканной игрой, вѣрностью задуманному типу, знанiемъ купеческой жизни. Не было замѣтно того усилiя, съ которымъ играютъ лицъ торговаго званiя петербургскiе актеры: ни подчеркиванiя рѣзкихъ выраженiй, ни усиленно-комическихъ жестовъ, ни напряжоннаго поддѣлыванiя подъ купеческiй языкъ…»

Произведение дается в дореформенном алфавите.

«Извѣстное сочиненiе Гервинуса „Шекспиръ“ переводится въ настоящее время на русскiй языкъ г. Тимофеевымъ. Покуда вышелъ первый томъ.

Книга Гервинуса, безъ сомнѣнiя, книга весьма почтенная и для нашей критики, которую нельзя обвинить въ глубокомъ знанiи и пониманiи Шекспира, даже весьма полезная. На безлюдьи и Ѳома дворянинъ.

Если бы мы желали пѣть въ унисонъ съ нашей многоученой литературой, то мы бы ограничились восторженными похвалами сочиненiю Гервинуса, даже и ту общеизвѣстную истину, что Шекспиръ великiй поэтъ, подтвердили бы цитатой изъ его почтенной книги, – къ несчастiю, мы полагаемъ, что русская мысль имѣетъ право на самостоятельность и потому отнесемся къ труду многоученаго професора критически…»

Произведение дается в дореформенном алфавите.

«Сезонъ открылся комедiей г. Осторогскаго «Липочка», напечатанной еще въ 1861 г. во «Времени». Эта комедiя является на сцену только черезъ три года послѣ появленiя ея въ печати? Можетъ быть самъ авторъ виноватъ? Не знаемъ. Но нельзя не замѣтить, что такiя странности повторяются отъ времени до времени. И всегда это случается или съ комедiями Островскаго («Доходное Мѣсто», «Воспитанница», «Свои люди сочтемся»), или съ вещами, хоть сколько нибудь выдающимися изъ обычной колеи нашего репертуара.

Между тѣмъ иногда очень важно, чтобы пiеса была поставлена вò—время, особенно если она не произведенiе чисто-художественное, а бьётъ на вопросъ дня. Такихъ пiесъ избѣгать не слѣдуетъ, особенно если онѣ отдѣланы опрятно, хотя бы вопросъ и ставился въ нихъ слишкомъ наголо (какъ напр. въ Липочкѣ); на безрыбьи и ракъ рыба. Но этого нѣтъ. И потому, многiя пiесы теряютъ при несвоевременной постановкѣ; изъ модныхъ они становятся просто скучными…»

Произведение дается в дореформенном алфавите.

Самое популярное в жанре Публицистика

Жизнь в Очакове достаточно проста, как в любом городке, который можно пройти за пару часов. Дорога на работу занимает десятки «Привет» и еще больше «Здравствуйте», шесть остановок и две минуты пути. Но у нас есть море, прекрасная природа, необычайная история и неугасимая вера в светлое будущее. Море и природа нам, непонятно за какие заслуги, дарованы Богом, вера в светлое будущее вообще передалось моему поколению от деда-прадеда и стало неким генетическим кодом. А вот история целых цивилизаций, написанная веками до сих пор жива на расстоянии полу часа езды.

Духовный облик любого человека зависит не только от него самого, но и его непосредственного окружения. Это красноречиво доказывает сборник очерков, вошедших в текст книги под общим названием «Духовность доброты». Её автор Фёдор Быханов с любовью и уважением рассказал о своих замечательных земляках из Бийского района Алтайского края. И кто бы это ни был – настоящий мастер своего дела в той или иной профессии, ветеран боевых действий, многодетные родители, а то и просто молодые люди, стоящие на перепутье судьбы, всегда находятся рядом с добрыми наставниками, друзьями, коллегами. У кого перенимаю самые лучшие душевные качества. И это совсем не удивительно, если учесть, то, какое значение придают в сельском районном административном образовании духовности его жителей. Почти в каждом населённом пункте красуются величественные православные Храмы, отстроенные всем миром и ныне являющие собой своеобразными маяками на пути общества к светлому будущему.

Вниманию читателей предлагается книга, которая является подборкой очерков из увидевших свет за последние десятилетия.Тематика их, начиная с политики и кончая спортом, создаёт панораму событий, выраженных через призму отношения к ним автора, которые происходили в это непростое время как в России вообще, так и в Дагестане в частности.

Сервиз на пятьдесят персон, подарок Льежской фарфоровой фабрики, двести пятьдесят предметов. Из них уцелели только семьдесят, но и те пришлось долго восстанавливать. Ни одного целого блюдца. Здесь скол, там трещина, тут следы от зубов. Царь не совладал со своими руками и эмоциями, когда узнал о том, что у него есть единоутробный брат с тремя ногами и одной рукой.

Посуда как посуда. Кто их, чашек этих, не видел? Ванечка тоже видел – и чашки, и ложки, – но не такие. У него есть одна кружка, белая в красный горох. И со сколом прямо там, куда губа верхняя приходится. А тут все чашки тоненькие, целёхонькие, с ракушечными изгибами. И щупальца какие-то нарисованы. Смотрит Ванечка по сторонам – ушли все. Берёт Ванечка чашку за хрупкую ручку-петельку, к глазам подносит. И правда, щупальца: осьминог на чашке распластался, тянутся ленты с присос ками по волнам фарфоровым, голова гладкая, мягкая, набок завалилась. Ванечка палец продевает в ручку, как со своей чашкой обыкновенно делал, разглядывает осьминога.

Облегчение ситуации такой. Есть ситуация (голос плохой). Эта книга об облегчении ситуации. (Хотя есть ещё книга ситуация такая.)

Правда – это добро или зло? Деньги – это цель или инструмент ее достижения? Либерал – это демократ или потребитель? На эти вопросы автор пытается дать ответы, проверенные практикой. Предлагает зарисовки из своей жизни, пытаясь быть предельно откровенным.

Что мешает нам обрести счастье в этом мире и обрести смысл индивидуальной и общей (планетарной) судьбы? Сможет ли человечество разрешить гибельные внутренние противоречия? Как землянам выйти на путь истинно разумной цивилизации?Ответам на эти вопросы и посвящена данная книга.

Президент РФ поставил задачу достижения темпа роста ВВП выше среднемирового уровня. Однако отсутствие социальной формы при управлении и в предложениях по совершенствованию управления тормозит выполнение этой задачи. На рассмотрение М. Мишустина предложена система управления по принципу «ВК» (Всепроникающая конкуренция, В. Путин, Послание Федеральному Собранию РФ от 18.04.2002 г.), при котором темп роста ВВП РФ предусмотрен обязательно выше среднемирового уровня.

Стихотворения из сборника "Розовая книжка" адресованы в первую очередь женщинам. Розовый цвет сопровождает нас, представительниц прекрасной половины Человечества, от самого роддома, когда одеяльце новорожденной перевязывают розовой ленточкой. Этот цвет согревает нас всю дальнейшую жизнь, напитывает энергией, открывает дверь в прекрасный мир. Нежные бутоны розовых роз, неповторимый цвет зари, аромат бесподобных пионов, розовые кружева, вуаль… Возможно именно этот цвет – цвет волшебства… Разноцветная радуга с самой яркой, розовой полосой. Розовая помада, розовое шампанское… Мои стихи родились в трудные минуты жизни. Но, сняв розовые очки, я не перестала видеть розовые замки. Я их не просто вижу, а ещё и строю. Вот оно, чудо! Присоединяйтесь! Стихи дополнены несколькими публицистическими статьями: "Дружба для мужчин", "Что в имени тебе моём", "Зависть: плюсы и минусы", "Под лежачий камень", "Русская баня", "Никогда не сдаваться", "Поговорим о странностях любви".

Автор всегда предпочитал работу с крупными формами, но иногда обращался и к малым: рассказы, очерки, статьи, эссе. Ведь иногда, чтобы выразить мысль и настроение, крупные формы не нужны. В этом сборнике представлена лишь малая толика из написанного «в стол» в разные годы. Конечно, автор писал о том, что его волновало в то конкретное время. Но он надеется, что эти его опыты в работе с «малыми формами» не потеряли своей актуальности и доныне, равно как герои и антигерои его скромных трудов.

Оставить отзыв