Одинокий пишущий человек

Одинокий пишущий человек
Аннотация

«Одинокий пишущий человек» – книга про то, как пишутся книги.

Но не только.

Вернее, совсем не про это. Как обычно, с лукавой усмешкой, но и с обезоруживающей откровенностью Дина Рубина касается такого количества тем, что поневоле удивляешься – как эта книга могла все вместить:

• что такое писатель и откуда берутся эти странные люди,

• детство, семья, наши страхи и наши ангелы-хранители,

• наши мечты, писательская правда и писательская ложь,

• Его Величество Читатель,

• Он и Она – любовь и эротика,

• обсценная лексика как инкрустация речи златоуста,

• мистика и совпадения в литературе,

• писатель и огромный мир, который он создает, погружаясь в неизведанное, как сталкер,

• наконец, смерть писателя – как вершина и победа всей его жизни...

Другие книги автора Дина Ильинична Рубина

Жизни Надежды и Аристарха наконец-то страстно и мгновенно срослись в единое целое, запылали огненным швом – словно и не было двадцатипятилетней горькой – шекспировской – разлуки, будто не имелась за спиной у каждого огромная ноша тяжкого и порою страшного опыта. Нет, была, конечно: Надежда в лихие девяностые пыталась строить свой издательский бизнес, Аристарх сам себя заточил на докторскую службу в израильскую тюрьму. Орфей и Эвридика встретились, чтобы… вновь разлучиться: давняя семейная история, связанная с наследством наполеоновского офицера Ариcтарха Бугеро, обернулась поистине монте-кристовской – трагической – развязкой.

От неожиданности я замялась.

– Понимаешь… – торопливо заполнял неловкую паузу мой знакомый, – их должно заинтересовать… Рассказ – не буду кокетничать – гениальный. На еврейскую тему… – И, поскольку недоуменная пауза на моем конце провода все длилась, он пояснил: – Это про нашего соседа, сапожника, дядю Мишу. Я ведь в махалле вырос, у нас там кто только не жил. Сосед, дядя Миша, смешной такой мужик, еврей… Их должно заинтересовать. Это на тему дружбы народов. Сейчас, сама знаешь, придают большое значение… интернационализм, то, се…

Семьи, которые изображает Дина Рубина, далеки от идеала. Всё как у всех. Одинокая мать, воспитывающая сына; «выходной» папа; брат и сестра, отец которых покидает дом в надежде на новую любовь… Кругом «ухабы характера», всюду «щипки, тычки и щекотания», «грызня грызнёй»… Не случайно мальчик, персонаж рассказа «Терновник», заявляет вечно занятой матери: «Я найду себе другую женщину!» А подросток, которого растят двое отцов, из рассказа «Двойная фамилия», произносит: «Никогда не женюсь, правда-правда!» Но при этом Дина Рубина – исключительный мастер в изображении семейной любви, ее созидательной силы. Любовь родителей способна растворять камни, топить лед, согревать с того света. Нет ничего значительнее этого «Великого Братства Кормящих»!

Рим, Амстердам, Прованс, Гейдельберг… Повезло тем городам и местечкам, которые зажили в прозе Дины Рубиной самостоятельной жизнью! Навек останутся они в памяти читателей. Даже тех, которым не довелось увидеть эти пространства своими глазами. Рассказы Д. Рубиной о путешествиях – это не обычные травелоги. Внимание в них сосредоточено не на перечислении памятников культуры. Это всегда истории о судьбах людей, через которые и приоткрывается гений места. Образ госпожи Ван Лоу, не пожелавшей «награды за судьбу» («Школа света»), обнажает суровый и благородный характер жителей Дельфта не меньше, чем малые и большие голландцы в его музеях. Легенда о семье Марии, возродившей виллу «Утешение» («Вилла „Утешение“»), говорит о вере итальянцев в рок яснее, чем останки Помпей.

В центре повествования этой, подчас шокирующей, резкой и болевой книги – Женщина. Героиня, в юности – парашютистка и пилот воздушного шара, пережив личную трагедию, вынуждена заняться совсем иным делом в другой стране, можно сказать, в зазеркалье: она косметолог, живет и работает в Нью-Йорке.

Целая вереница странных персонажей проходит перед ее глазами, ибо по роду своей нынешней профессии героиня сталкивается с фантастическими, на сегодняшний день почти обыденными «гендерными перевертышами», с обескураживающими, а то и отталкивающими картинками жизни общества. И, как ни странно, из этой гирлянды, по выражению героини, «калек» вырастает гротесковый, трагический, ничтожный и высокий образ современной любви.

«Эта повесть, в которой нет ни одного матерного слова, должна бы выйти под грифом 18+, а лучше 40+… —ибо все в ней настолько обнажено и беззащитно, цинично и пронзительно интимно, что во многих сценах краска стыда заливает лицо и плещется в сердце – растерянное человеческое сердце, во все времена отважно и упрямо мечтающее только об одном: о любви…»

Дина Рубина

Нет места более священного, чем Иерусалим – «ликующий вопль тысяч и тысяч глоток», «неистовый жар молитв, жалоб и клятв», «тугая котомка» запахов: ладана – христианского квартала, рыбы – мусульманского, свежестиранного белья – еврейского, хлебного – армянского. Жить в этом городе непросто, потому что он, по словам Дины Рубиной, – «вершина трагедии». Но что было бы в жизни писателя, если бы в ней не случился Иерусалим? В конце 1990-х Дина Рубина вместе с семьей переезжает в Израиль. И с этого момента в жизни писателя оказываются две родины: одна – по праву крови, вторая – по праву языка. О трудностях и радостях срастания с новой землей, о невероятных перипетиях судьбы своих новых соотечественников, о гении места Иерусалима – повести, рассказы и эссе данной книги.

«Говорили, что на центральной аллее появилось новое лицо – человек с велосипедом…

Подозревали, что приезжает он из деревни, то ли из Глухова, то ли из той, что за оврагом, – но выражением лица обладает явно не деревенским, а городским, да и выше бери – гуманитарным…

И вот, обладая этаким-то выражением лица, он приезжает на велосипеде, сомнамбулически крутя педалями, – в светлом длинном плаще, излишнем для теплой такой погоды, застегнутом, впрочем, только на три верхние пуговицы, – и, прислонив велосипед к сосне, подстерегает на аллее одиноких дам, удовлетворенно бредущих из столовой в корпуса…»

В творчестве Дины Рубиной есть темы, которые занимают ее на протяжении жизни. Одна из них – тема Рода. Как, по каким законам происходит наследование личностью родовых черт? Отчего именно так, а не иначе продолжается история того или иного рода? Можно ли уйти от его наследственной заданности? Бабка, «спивающая» песни и рассказывающая всей семье диковатые притчи; прабабка-цыганка, неутомимо «присматривающая» с небес за своим потомством аж до девятого колена; другая бабка – убийца, душегубица, безусловная жертва своего времени и своих неукротимых страстей… Матрицы многих историй, вошедших в эту книгу, обусловлены мощным переплетением генов, которые неизбежно догоняют нас, повторяясь во всех поколениях семьи.

Самое популярное в жанре Биографии и мемуары

Это необычное произведение мемуарного жанра. Писатель Николай Шахмагонов с пронзительным откровением повествует о любви, творчестве и службе. Предлагаемую читателям часть книги «Я родился на Советской земле. Исповедь офицера», озаглавленную «Годы лейтенантские», открывает глава «Мёдсестра из медсанбата», в которой рассказывается об увлечении автора, только что, после учений, назначенного командиром мотострелковой роты, и вскоре направленного на ответственную должность в глухой лесной гарнизон, где его ждут суровые испытания в должности командира отдельной местной стрелковой роты, численностью в 238 человек, охраняющей Центральную базу боеприпасов. Там будет всё… Борьба с дедовщиной и победа над ней, пропажа солдата, вожатого караульных собак, перестрелка, ранение прапорщика и гибель солдата, оказавшегося соперником раненого на любовной арене, конфликты с командованием базы и борьба с несправедливостью по отношению к ротному командиру и всей роте, а также семейные драмы…

Биографическая повесть о семье крестьян. Изучение работы феномена искусства и определение искусства.

Мечта, прыжок с парашютом в 15 лет, учёба в Академии Г. А., почти четверть века полётов, списание по здоровью, 8 лет работы в обеспечении полётов под защитой профсоюза лётного состава, пока ходить мог. С 2012 года на окончательной пенсии. Номинирован на высшую группу инвалидности. Пишу и рисую…

Все мы бережно храним воспоминания своего детства и юности. Книга "Из майсов моей бабушки" полна нежности и ностальгии по родному городу и ушедшей эпохе.

Известный российский историк Ю.В. Емельянов, автор книг о Бухарине, секретных протоколах 1939 г., на основе многочисленных документальных свидетельств и воспоминаний очевидцев разоблачает мифы о жизни и деятельности одного из самых выдающихся и противоречивых государственных деятелей XX века. Какую роль в становлении Сталина сыграли его грузинское происхождение и учеба в семинарии? Был ли Сталин агентом царской охранки? Каким образом Сталин оказался в составе большевистского руководства? Проследив политическую эволюцию Сталина, автор предлагает убедительные объяснения причин, почему именно он возглавил страну в годы самых суровых испытаний за всю ее историю.

Муж русской жены, норвежец Шетил Сандермоен, написал книгу о том, как он достигал взаимопонимания с ней, на примере их разногласий и конфликтов. Книга состоит из коротких рассказов с примерами из жизни.

От автора: "Моя книга о том, каково это – мужчине из европейской страны быть женатым на русской женщине. Она о том, как разница наших жизненных историй, наших ценностей и опыта превращает наш брак одновременно и в испытание, и в приключение. Я знаю, что в подобной ситуации находятся и многие другие пары, и я искренне надеюсь, что содержание этой книги будет для них, а заодно и для любого другого читателя актуальным и интересным."

Двуязычная англо-русская книга о радостях и трудностях жизни в браке с русской женщиной.

Сейчас семья Сандермоен проживает в Швейцарии.

Эта книга также есть в немецко-русской (Meine Russische Frau) и французско-русской (Ma femme russe) версиях.

Дневник женщины, переболевшей ковидом и наблюдавшей за его течением

«Сладко-горькая история» – это первая книга Сары Джио, которую она написала… о себе. С исключительной любовью к своим читателям. Это история о семье, любви, о взаимоотношениях людей, о мужчинах и женщинах, но главное – об обретении счастья и гармонии внутри себя. Вопреки всему, через что вам пришлось или придется пройти.

Книга о перипетиях судьбы в непростых и неоднозначных событиях двадцатого века. Как меняется жизнь простого человека в условиях грандиозных перемен всего мира. Как тут ему не потеряться, всегда ли это удаётся. Как – чужой, не твой выбор, меняет судьбу, да так, что назад уже не вернуться. Книга основана на подлинных письмах и воспоминаниях.

Нет, эта книга вовсе не о том, что вы подумали. Это не энциклопедия быта второй половины двадцатого века. Всем приятно копаться в развале на барахолке, обнаруживая вещи, родные с детства. Те самые вещи, что мы любили, что мы ненавидели и любили ненавидеть. Вещи, которые, казалось нам тогда, будут с нами навсегда, которые мы будем любить и хранить вечно, и которые мы с такой легкостью забыли, отправив умирать на пыльные чердаки памяти о детстве.

Ничего этого не вернуть. Да и надо ли? Зато можно открыть книгу Татьяны Минченко и прожить это снова. Пережить заново те радость и тоску, смех и уныние, что дарили нам эти вещи и события. Увидеть все это глазами автора, который совершенно не будет возражать, когда вы с давно забытым пылом и воодушевлением возразите, что у вас, у вас лично, были другие игрушки и одежда, другие события и обстоятельства. Но ведь были же! И вы их помните, а может, помнили, да забыли, а вот сейчас вспомнили. И это прекрасно!

Дмитрий Маланичев

Оставить отзыв