Никита

Никита
Аннотация

«Рано утром мать уходила со двора в поле на работу. А отца в семействе не было; отец давно ушел на главную работу – на войну, – и не вернулся оттуда. Каждый день мать ожидала, что отец вернется, а его все не было и нет…»

Другие книги автора Андрей Платонович Платонов

«Давно, в старинное время, жил у нас на улице старый на вид человек. Он работал в кузнице при большой московской дороге; он работал подручным помощником у главного кузнеца, потому что он плохо видел глазами и в руках у него мало было силы. Он носил в кузницу воду, песок и уголь, раздувал мехом горн, держал клещами горячее железо на наковальне, когда главный кузнец отковывал его, вводил лошадь в станок, чтобы ковать ее, и делал всякую другую работу, которую нужно было делать. Звали его Ефимом, но все люди называли его Юшкой. Он был мал ростом и худ; на сморщенном лице его, вместо усов и бороды, росли по отдельности редкие седые волосы; глаза же у него были белые, как у слепца, и в них всегда стояла влага, как неостывающие слезы…»

Андрей Платонов (1899-1951) по праву считается одним из лучших писателей XX века. Однако признание пришло к нему лишь после смерти. Роман «Чевенгур» был написан в 1926-1929 годах, но при жизни автора так и не увидел свет. Это не просто самый большой по объему платоновский роман, но и своеобразная веха в творчестве художника. В нем писатель подверг критическому пересмотру, порою доводя до абсурда, «ультрареволюционные» идеи, которые находили выражение в его ранних произведениях.

Чевенгур – так называется город, где группа коммунистов, вознамерившись совершить мгновенный «прыжок» в коммунизм, организует конец света – «второе пришествие» для местной буржуазии. В результате массового расстрела убиты все жители города. С этого момента, по мнению коммунистов, настает «конец истории» – прежнее остановилось, и наступило блаженное бытие в мире без эксплуатации, в котором единственным работником является солнце. Стремясь населить город новыми людьми, чевенгурцы собирают по степи «пролетариев» – нищих странников. Однако Чевенгурская коммуна гибнет.

Человеческое бытие – в кровавом хаосе революции и гражданской войны… Судьба страны – в осколке судьбы одного человека… Крестный путь нации как жизненный путь невинной жертвы «переломной эпохи».

«Чевенгур». Страшная и прекрасная книга!..

«Он уехал далеко и надолго, почти безвозвратно. Паровоз курьерского поезда, удалившись, запел в открытом пространстве на расставание: провожающие ушли с пассажирской платформы обратно к оседлой жизни, появился носильщик со шваброй и начал убирать перрон, как палубу корабля, оставшегося на мели.

– Посторонитесь, гражданка! – сказал носильщик двум одиноким полным ногам.

Женщина отошла к стене, к почтовому ящику и прочитала на нем сроки выемки корреспонденции: вынимали часто, можно писать письма каждый день. Она потрогала пальцем железо ящика – оно было прочное, ничья душа в письме не пропадет отсюда…»

«Серая степная корова черкасской породы жила одна в сарае. Этот сарай, сделанный из выкрашенных снаружи досок, стоял на маленьком дворе путевого железнодорожного сторожа. В сарае, рядом с дровами, сеном, просяной соломой и отжившими свой век домашними вещами – сундуком без крышки, прогоревшей самоварной трубой, одежной ветошью, стулом без ножек, – было место для ночлега коровы и для ее жизни в долгие зимы…»

Герои «Шарманки» – идеальные люди только что созданной страны Советов. Молодёжь, идущая к социализму через каждое, даже самое бытовое, действие, ребята, для которых «Идея» уже успела стать частью сердца, и старшее поколение, тянущее нарождающееся государство к бюрократии и окостенению. Их столкновение, взаимное удивление и становится двигателем сюжета. «Идея» начинает помещаться в прокрустово ложе «руководства массами» и ставится предметом охоты буржуазных агентов.

«Жива ли была его Афродита? – с этим сомнением и этой надеждой Назар Фомин обращался теперь уже не к людям и учреждениям – они ему ответили, что нет нигде следа его Афродиты, – но к природе, к небу, к звездам, и горизонту, и к мертвым предметам. Он верил, что есть какой-либо косвенный признак в мире или неясный сигнал, указывающий ему, дышит ли еще его Афродита или грудь ее уже охладела. Он выходил из блиндажа в поле, останавливался перед синим наивным цветком…»

«На реке Пожве в Карелии была малая деревня, Пожва тож, а в той деревне был колхоз по названию «Добрая жизнь», и всю деревню с колхозом звали Добрая Пожва.

Ото всей Доброй Пожвы осталось теперь одно водяное колесо, потому что оно было мокрое и не сгорело в пожаре. А все другое добро, издавна нажитое и сбереженное, погорело в огне и сотлело в угли, уголь же дотлел далее сам по себе, искрошился в прах, и его выдул ветер прочь…»

Выходец из провинциальной рабочей семьи, Платонов всей душой принял Октябрьскую революцию, и тем интереснее тот факт, что в его произведениях с небывалой силой передана личная мировоззренческая трагедия, необычайно ярко выраженная в «Котловане». Сама идея построения «Общепролетарского дома» превращает «Котлован» в шокирующую своей мощью антиутопию, где детали реальности обретают невероятные, карикатурно-преувеличенные размеры. Этот удивительный дом, задуманный как символ коммунистического «земного рая», в действительности становится кладбищем несбыточных фантазий. Еще более пугает своей откровенностью запрещенное в советские времена «Ювенильное море», повесть, которую критик метко назвал «“Палатой” Шукшина в декорациях Дали».

Самое популярное в жанре Литература 20 века

Первое в России издание литературных сочинений и писем легендарного Артюра Кравана (1887–1918), беспокойного гения, проповедника антилитературы и первоиспытателя нового искусства. Дополнено воспоминаниями современников – А. Бретона, Б. Сандрара, Г. Бюффе-Пикабиа и др.

«Тихий Дон» – масштабное эпическое полотно, повествующее о донском казачестве в самый противоречивый, переломный период истории нашей страны – кровавой Первой мировой и братоубийственной Гражданской войны, когда, по словам самого Шолохова, «в смертной драке брат идет на брата, сын – на отца». Что же происходило в душах людей в это смутное время, как получилось, что самые родные, близкие люди стали по разные стороны баррикад и превратились в смертельных врагов?

По глубине осмысления действительности, удивительной точности в описании характеров этому произведению, пожалуй, нет равных. Книга, о которой говорят и спорят по сей день!

Георгий Владимов – один из самых ярких российских писателей второй половины XX века. Его роман «Три минуты молчания» в течение четырех лет после выхода в свет выдержал 27 изданий на 18 языках. Роман «Генерал и его армия» принес автору в 1995 году Букеровскую премию, а в 2001 году был назван лучшим романом десятилетия.

В настоящее издание вошли все самые известные произведения Георгия Владимова, а также избранная публицистика.

«Белый Клык» – суровая и прекрасная история клондайкского волка. В ней – дух борьбы, звериный оскал и кровавые драки, северная природа, жестокая в своей справедливости, и в то же время закон добра и ласки, заменяющий «закон дубины и клыка», забавные похождения неуклюжих трогательных волчат, любовь и преданность – и волчья, и человеческая…

Теодор Драйзер – знаменитый американский писатель. Его книги, такие как «Американская трагедия», «Сестра Керри», трилогия «Финансист. Титан. Стоик», пользовались огромным успехом у читателей во всем мире и до сих пор вызывают живой интерес. В настоящее издание вошли два известных романа Драйзера: «Гений» и «Оплот».

Роман «Гений» повествует о творческих и нравственных исканиях провинциального художника Юджина Витлы, мечтающего стать первым живописцем, сумевшим уловить на холсте всю широту и богатство американской культуры. Страстность, творческий эгоизм, неискоренимые черты дельца и непомерные амбиции влекут Юджина к достатку и славе, заставляя платить за успех слишком высокую цену.

В романе «Оплот», увидевшем свет уже после смерти автора, рассказана история трех поколений религиозной квакерской семьи. Столкновение суровых принципов с повседневной действительностью, конфликт отцов и детей, борьба любви и долга показаны Драйзером с потрясающей выразительностью и остротой. По словам самого автора, «Оплот» является для него произведением не менее значимым и личным, чем «Американская трагедия», и во многом отражает и дополняет этот великий роман.

«Сандро из Чегема» – центральное произведение в творчестве Фазиля Искандера, классика русской литературы, подарившего ей теплый свет Абхазии, ее искрящийся темперамент, ее живую, страстную поэзию. Новеллы, составившие роман, выходили в разное время на протяжении многих лет, не раз были экранизированы. И постепенно «плутовской роман» (по определению автора) вырос в подлинный эпос. Жанровая принадлежность новелл, составивших эпопею, весьма разнообразна – мы встретим и драму, и сказку, и притчу, и даже лихой детектив. Рассказчик большинства из них, старый дядя Сандро, прожил долгую жизнь, полную прихотливых поворотов и ярких событий. Крестьянин, абрек, любовник сванской княгини, танцор, тамада, плут и мудрец – он многое повидал на своем веку и многое понял в этой жизни.

Есть писатели славы громкой. Как колокол. Или как медный таз. И есть писатели тихой славы. Тихая – слава долгая. Поэтесса Татьяна Бек сказала о писателе Ковале: «Слово Юрия Коваля будет всегда, пока есть кириллица, речь вообще и жизнь на Земле».

Книги Юрия Коваля написаны для всех читательских возрастов, всё в них лёгкое и волшебное – и предметы, и голоса зверей, и деревья, и цветы полевые, и слова, которыми говорят звери и люди, птицы и дождевая вода.

Обыденность в его книгах объединилась с волшебной сказкой.

Наверное, это и называется читательским счастьем – знать, что есть на свете такие книги, к которым хочется всегда возвращаться.

Книга подготовлена к 80-летнему юбилею замечательного писателя, до которого он, к сожалению, не дожил.

Хорхе Луис Борхес – один из самых популярных писателей XX века, во многом определивший облик современной литературы. Известна его склонность ко всевозможным антологиям, энциклопедиям и бестиариям. «Это таинственная любовь ко всему, существующему без нас», – писал он в стихотворении «При покупке энциклопедии». В 1950 году Борхес в соавторстве с Маргаритой Герреро выпустил «Учебник по фантастической зоологии», который после неоднократных дополнений обрел свое окончательное воплощение под названием «Книга вымышленных существ». Читатель найдет здесь множество странных, удивительных созданий, пришедших со страниц старинных книг и рожденных в воображении поэтов и философов, включая самого Борхеса. При этом книга построена в излюбленном стиле автора, когда граница между поэзией и прозой, вымыслом и реальностью истончается и исчезает, оставляя читателя лицом к лицу с подлинной литературой.

В настоящее издание вошла наиболее полная версия «Книги вымышленных существ», подготовленная Борхесом на английском языке в 1974 году и послужившая источником вдохновения для многих писателей, поэтов и художников.

Милан Кундера принадлежит к числу самых популярных писателей современности. Его книги буквально завораживают читателя изысканностью стиля, умелым построением сюжета, накалом чувств у героев. Каждое новое произведение писателя пополняет ряд бестселлеров интеллектуальной прозы.

«Книга смеха и забвения» – это пестрая мозаика любви, памяти и фантазии, семь историй, обнажающих подлинно трагическую изнанку человеческой жизни. Называя свою книгу романом, Кундера уточнял: «Эта книга – роман в форме вариаций. Отдельные части следуют одна за другой, как отдельные отрезки пути, ведущего внутрь темы, внутрь мысли, внутрь одной-единственной ситуации, понимание которой теряется в необозримой дали».

Сегодня Сергей Довлатов – один из самых популярных и читаемых русских писателей конца XX века, и он «обречен» оставаться таким еще долгое время. Его произведения – та самая великая классика, которая, при всем своем масштабе, остается простой, занятной и доступной любому читателю, независимо от возраста, национальности, «начитанности» или, говоря словами самого Довлатова, «степени интеллектуальной придирчивости». Лев Лосев сформулировал это в простейшей фразе: «Довлатов знал секрет, как писать интересно».

В настоящей книге читатель найдет замечательную повесть «Ремесло», записные книжки писателя, сборник литературоведческих очерков «Филологическая проза», а также лучшие рассказы, выбранные самим Довлатовым для своего юбилейного сборника.

Содержит нецензурную брань

Оставить отзыв