Обретая смысл заново: прочтение русской классики в XXI веке

Обретая смысл заново: прочтение русской классики в XXI веке
Аннотация

Литература призвана изучать не только заданные смыслы, но и те, которые, каждый раз проходя через сознание читателей, обновляются. Не может быть раз и навсегда законченного представления о художественном произведении. Старую идею следует разглядеть заново. Творческим процессом является не только написание текста, но и его прочтение. Познавая текст, читатель познаёт себя, он – сотворец автора. Среди множества смыслов книги читатель обязательно найдёт свой, в котором будут заложены ответы на вечные вопросы Бытия. Новое время приносит новые смыслы, понятные нынешнему поколению. Статьи сборника посвящены именно такому новому прочтению знакомого культурного текста (А. Пушкина, М. Лермонтова, Л. Толстого, региональной литературы).

Другие книги автора Людмила Васильевна Камедина

В монографии рассматривается проблема творчества в философско-образовательном и филологическом концепте. Выявляется генезис творческого акта, анализируется центростремительный и центробежный дискурс творческого бытия. Предлагаются развернутые выводы по сотериологии творчества и преодолению зла в духовно-нравственном становлении личности. Монография представляет богатый материал, который может быть использован философами, педагогами, филологами при осмыслении проблем русской духовности.

В монографии рассматривается целостность духовного смысла в русской словесной культуре, выявляются условия её трансформации. Указываются обстоятельства потери целостности в эпохальной социокультурной динамике, факторы кризиса духовности в отдельные периоды истории. Тео-аксиологический подход к текстам словесной культуры позволяет изучить природу, происхождение и сущность ключевых ценностей русского народа.

В книгах, написанных об архимандрите Павле (Груздеве), достаточно подробно изложена его биография, приведены документы, сопровождавшие его жизнь, опубликовано большое количество воспоминаний современников о встречах с ним, изданы рассказы самого отца Павла, записанные с его слов. Текстологическим анализом «тетрадей» отца Павла ещё никто не занимался. Задача данных статей – дополнить портрет архимандрита Павла (Груздева) через текстологическое исследование «тетрадей», которые заполнялись рукой самого отца Павла, в них – его мысли о прошедшем, настоящем, будущем. В словах, буквах, почерке, ритме, избранных жанрах предстаёт сам отец Павел, потому что это слова, которыми он говорил, эти буквицы и почерк, которыми он писал. Это его ритмы жизни, внутренней, душевной и духовной, которой он постоянно жил. Это жанры, которыми он общался с людьми. Закрытый для мира, он неожиданно открывается в своих писаниях. Личность автора выявляется во всём: в структуре текста, в хронотопе записей, в избранных темах, мотивах, идеях, в символике подтекста, в расставленных и закодированных знаках, в ритмах и интонациях текста, в языковой материи, её словах, буквицах и звукописи.

В учебном пособии предлагаются различные подходы к изучению русской литературы, авторы знакомых хрестоматийных текстов обретаются в иных смысловых измерениях. Как известно, отражение реальности в литературе предполагает определенную меру условности, поэтому при анализе художественного текста учитываются смысловые переходы с уровня знаков-символов на уровень предметно-смыслового содержания. Снятие предыдущего уровня новым, более сложным, дает читателю возможность приращивать иные смыслы и значения русской художественной мысли.

Учебное пособие предназначено для студентов-филологов, учителей-словесников, а также всем обучающимся русской литературе.

Самое популярное в жанре Литературоведение

Настоящее издание является продолжением книги «Русская эмиграция в Китае. Критика и публицистика» (М.: Худож. лит. 2019), куда вошли статьи, посвященные А. С. Пушкину. Предлагаемая же вниманию читателей книга составлена на основе эмигрантской критики, публицистики, очерков и мемуаров о русских поэтах и прозаиках XIX и начала XX века: Н. В. Гоголя, М. Ю. Лермонтова, Л. Н. Толстого, А. П. Чехова, А. Блока и других. Здесь неизвестное наследие не только восточных, а и западных эмигрантов, сотрудничавших с периодической печатью «русского Китая» и «китайская публицистика» которых еще не вошла в библиографические списки. Подготовке и первой, и второй книги предшествовала серьезная работа в архивах Хабаровска, Владивостока, Москвы. Книга рассчитана на широкий круг читателей, на тех, кто интересуется судьбами русской культуры, она может быть полезна для преподавателей и студентов вузов.

В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

В монографии рассматриваются вопросы теории детективного жанра, некоторые малоизвестные главы его истории, удачные и не очень удачные примеры соревнования экранизаций детективов с их литературным первоисточником. Показывается, как детективу удается быть по преимуществу головоломкой, не порывая при этом с художественностью. Развенчиваются некоторые популярные мифы о детективе: миф о возможности использования детективного сюжета как "упаковки" для "серьезного реалистического романа", о существовании "жанровых разновидностей" детектива и т.п. Подробно анализируется вопрос о степени близости детектива разным типам поэтики; выдвигается гипотеза о связи детектива с христианским мировоззрением; показывается, какой ценой детективной новелле удалось стать романом, как классики жанра пытались вывернуть детектив наизнанку и почему эти попытки не имели серьезных последствий для истории жанра.

Книга предназначена для всех интересующихся теорией и историей детектива.

Валерия Соболь исследует топос любви как болезни в русской литературе конца XVIII–XIX века с акцентом на эпистемологическом потенциале этого на первый взгляд банального культурного клише. На материале литературных произведений, а также медицинских публикаций и публицистических текстов автор показывает, что традиционный мотив любовного недуга был на самом деле важным литературным приемом, благодаря которому писатели затрагивали наиболее насущные вопросы своего времени, такие как взаимоотношения души и тела, эмансипация женщин и роль позитивистской науки в обществе.

В своем исследовании Сара Пратт расплетает сеть вопросов и загадок, связанных с творчеством Николая Заболоцкого. Автор выделяет в текстах Заболоцкого «советский» импульс, отмеченный налетом марксистской идеологии и стремления быть политически приемлемым для властей, и «русский» импульс, отражающий дореволюционные нравы и культурные основы русского православия.

Вот уже несколько десятилетий Эдгар Аллан По остается одним из самых популярных американских писателей. Он получил любовь и признание во всем мире за новаторскую детективную фантастику, рассказы ужасов и запоминающиеся, атмосферные стихи. Но что, если у человека, написавшего «Ворона» и «Падение дома Ашеров», была и другая сторона?

В «Причинах ночной тьмы» Джон Треш предлагает новую смелую биографию писателя, чья короткая, мучительная жизнь продолжает волновать и вызывать жгучий интерес. Проливая свет на эпоху, когда границы между развлечениями, спекуляциями и научными исследованиями были размыты, Треш раскрывает одержимость По наукой и его стремление продвигать и подвергать сомнению человеческие знания. По был заядлым и часто воинственным комментатором новых открытий, публиковался и выступал на литературных сценах, где также выступали самые выдающиеся ученые эпохи и псевдоинтеллектуальные мошенники.

Треш показывает, что По жил, думал и страдал в окружении науки, а многие из его самых известных творческих работ лучше всего рассматривать через ее призму. Преследуя экстраординарные догадки и уникальное эстетическое видение, По оставался фигурой взрывоопасного противоречия: он с радостью разоблачал мистификации научных мошенников эпохи, даже когда сам мастерски совершал мистификации в своих романах.

В кино мысль совпадает с движениями, а движения оказываются неотделимы от мысли, но не всегда безостановочно. Черпая сюжеты из литературы, кино оказывает обратное влияние на дальнейшую историю литературы и культуры в целом. Кинотекст в большей степени, чем обычный вербальный текст, вовлечен в процесс межкультурной коммуникации. Исходя из динамичной природы кино, автор последовательно раскрывает ключевые аспекты визуализации мыслительной деятельности в прошлом и специфику таковой деятельности на современном этапе. Исходя из положения, что текст культуры может быть выражен как на «естественном языке» своего происхождения, так и на языках различных других видов искусств, рассматривается ключевой для отечественного кинопроизводства крымский кинотекст как субтекст крымского текста русской культуры.

Для культурологов и литературоведов, специалистов кинопроизводства, студентов и аспирантов творческих вузов, начитанных кинозрителей как таковых.

Завершающий третий том. Первая книга «Отечество. Дым. Эмиграция», вторая – «И плеск чужой воды…». И вот третья – «Огни эмиграции».

О поэтах и писателях, о тех, кто эмигрировал из России, кто остался на родине, кто диссиденствовал, кто подвергся аресту, кто попал в лагерь, ну, и о тех, кто благоденствовал и, возможно, держал фигу в кармане.

В книге кратко представлены несколько десятков судеб известных людей: от Светланы Аллилуевой и Аркадия Белинкова до совсем недавно ушедших Александра Межирова и Анатолия Рыбакова. И, конечно, Иосиф Бродский, Галич, Коржавин, Аксенов, Андрей Синявский, Виктор Некрасов, Гладилин, Горенштейн, Юз Алешковский и другие.

Книга построена хронологически, по годам отъезда с родины, начиная с 60-х годов. В представлении персон использованы документальные материалы, стихи, прозаические отрывки, письма, дневники, мемуарные свидетельства, высказывания из интервью и т. д. И никакого академизма. Всё сжато, спрессовано, эмоционально.

Все три книги об эмиграции по существу представляют собою некую панораму политической и духовной жизни СССР и РФ, с акцентировкой на литературную сферу.

Книга рассчитана на любознательных и здравомыслящих читателей. Молодым будет интересно узнать многие факты, события и имена из прошлого, а читателям «с возрастом» напомнить о том, чему они были свидетелями, но что-то не знали или о чем-то забыли.

Итак, книжное путешествие по бурным волнам прошедшей Истории.

В 1920-х годах в журнале "Пионер" работали несколько молодых художников. Только-только начинающих. По большому счету, они были еще никто и звать их никак.Но что-то в них все-таки было, раз уж их приветили в "Пионере" и периодически давали заказы на иллюстрации. А в те голодные годы это иногда был вопрос жизни и смерти.А потом разруха кончилась, подработка перестала был залогом выживания, и каждый из них пошел своею дорогой. Эта повесть – о том, кто куда пришел.

Книга произведений С. Н. Дурылина, подготовленная кандидатом филологических наук А. Б. Галкиным по архивным материалам под рубрикой «Возвращенные имена поэтов Серебряного века», познакомит читателя с писателем, священником, историком литературы и театра, этнографом, богословом, наконец, первоклассным поэтом, другом Б. Л. Пастернака, М. А. Волошина, В. В. Розанова, художника М. В. Нестерова. Его писательское имя только последние пять лет вышло из тени. Незаслуженно забытый писатель Дурылин стал известен литературной общественности как самобытный мастер, создавший символический роман-хронику «Колокола» (1928), повести «Сударь кот» и «Три беса», мемуарист и москвовед (книга «В родном углу»). Поэма Дурылина «Дон-Жуан» (1908), найденная в Российском государственном архиве литературы и искусства, продолжает знакомить читателя с его поэтическим творчеством и впервые публикуется в настоящем издании. «Вечный» тип Дон-Жуана, впервые возникший у Тирсо де Молина во времена испанского Возрождения; в эпоху Просвещения шагнувший в комедию Мольера и оперу Моцарта с помощью его либреттиста Да Понте; переосмысленный писателями XIX века: Гофманом, Мериме, Байроном, Пушкиным – был наконец своеобразно завершен в Серебряном веке С. Н. Дурылиным. Историко-литературный комментарий составителя А. Б. Галкина вводит поэму в широкий литературный контекст и освещает идеологические поиски типа героя-любовника в XIX–ХХ веках в России.

Рукописный журнал «Муркин вестник “Мяу-мяу”», написанный Дурылиным для своей жены, будет интересен всем любителям кошек. Дурылин сделал блестящий экскурс в мировую литературу о кошках-персонажах и о кошках – любимцах писателей, художников и композиторов. Кошки сопровождали Дурылина всю жизнь. С любовью и нежностью он рассказал о десятках своих питомцев, не забыв ни одного имени. Один из котов – Васька Челябинский – умер от тоски по любимому хозяину на пороге запертой московской комнаты, когда Дурылина отправили в ссылку из Москвы в Томск. Дурылин написал множество стихов и рассказов от имени и глазами котов и кошек: Котоная Котонаевича, кота Васьки, Кис-Киса, кошки Машки Мурлыкиной, Вани Кискина.

Книга предназначена для широкого круга читателей, интересующихся литературой Серебряного века и мировой классической литературой.

Монография посвящена символическому миросозерцанию Ф.М. Достоевского. В работе обосновывается новая для достоевсковедения культурно-историческая типология символа, которая существенно восполняет преобладающий в литературоведении подход к символу как к универсальной категории. Различия культурно-исторических типов и стилей символики от Античности до эпохи Нового времени – это точки вхождения в специфику символического мышления, эпохальную и индивидуальную.

Издание рекомендовано для студентов филологических и философских факультетов, преподавателей и всех интересующихся творчеством и миросозерцанием Ф.М. Достоевского, а также вопросами развития философии.

Оставить отзыв