Лекарство от меланхолии

Лекарство от меланхолии
Автор:
Перевод: Ирина Альфредовна Оганесова, Владимир Анатольевич Гольдич
Жанры: Зарубежная фантастика , Классика фантастики , Научная фантастика
Серия: Книга в сумочку
Год: 2016
ISBN: 978-5-699-91448-7
Аннотация

«– Пошлите за пиявками: ей нужно сделать кровопускание, – заявил доктор Джимп.

– У нее уже и так не осталось крови! – воскликнула миссис Уилкес. – О доктор, что томит нашу Камиллу?

– С ней не все в порядке.

– Да?

Добрый доктор нахмурился…»

Рекомендуем почитать

Этот роман известен прежде всего благодаря мюзиклу Эндрю Ллойда Уэббера. Романтика, приключения, детектив – кажется, Гастон Леру собрал в своем романе все жанры. Итак – Парижская Опера. С некоторых пор здесь происходит нечто странное: падают люстры, рушатся декорации, пропадают вещи, то и дело сотрудники театра вздрагивают от необычных звуков. Ходят слухи, что все это – дело рук таинственного Призрака. Кто он, этот злой гений парижского театра? Существует ли он на самом деле или все, что о нем рассказывают, – лишь мрачные легенды?

«– Готовы?

– Да.

– Уже?

– Скоро.

– А ученые верно знают? Это правда будет сегодня?

– Смотри, смотри, сам увидишь!..»

Каждый мужчина имеет право на маленькое приключение, но женщинам этого не понять…

Каждая женщина имеет право на маленькое приключение, но мужчинам этого не понять…

Любовь – хоровод, в котором кружатся дамы из высшего общества, богатые буржуа, куртизанки…

А цена каприза красивой женщины – всего лишь несколько слезинок в красном вине.

«Его положили на чистые выглаженные простыни, а на столе под лампой с приглушенным розовым светом всегда стоял стакан густого, только что отжатого апельсинового сока. Чарльзу нужно было лишь позвать маму или папу, и тогда кто-нибудь из них заглядывал в комнату, чтобы посмотреть, как он себя чувствует. Акустика в детской была просто великолепная; Чарльз каждое утро слышал, как туалет прочищает свое фарфоровое горло, слышал, как стучит по крыше дождь и хитрые мышки снуют по потайным коридорам в стенах, слышал, как поет канарейка в клетке внизу. Если держаться настороже, болезнь не так уж и страшна.

Была середина сентября, и весь мир полыхал осенними красками. К тому моменту, когда Чарльза, которому исполнилось тринадцать, охватил самый настоящий ужас, он пролежал в постели уже три дня…»

«Происходило это действо примерно раз в месяц. Не чаще. Чаще мы бы просто не выдержали. Точнее, этого не вынес бы семейный бюджет – тонкий, звонкий и прозрачный. Не выдержали бы наши мужья и любовники. Не хватило бы наших скромных и тайных заначек. И главное – наших нервов…»

«Восемьдесят первая улица… Кому выходить? – прокричал пастух в синем мундире.

Стадо баранов-обывателей выбралось из вагона, другое стадо взобралось на его место. Динг-динг! Телячьи вагоны Манхэттенской надземной дороги с грохотом двинулись дальше, а Джон Перкинс спустился по лестнице на улицу вместе со всем выпущенным на волю стадом…»

У популярной телезвезды Кэт – новое сердце. Новая жизнь приносит не только новые радости, но и неожиданные неприятности. В тот же день, когда телезвезде сделали операцию по пересадке, умерли три человека. И кто-то напоминает Кэт об этом, намекая, что она может быть следующей. Положиться можно только на себя – и обаятельного писателя Алекса, автора множества детективов.

«Три дня кряду Уильям Финч спозаранку забирался на чердак и до вечера тихо стоял в полутьме, обдуваемый сквозняком. Ноябрь был на исходе, и три дня мистер Финч простоял так в одиночестве, чувствуя, что само Время тихо, безмолвно осыпается белыми хлопьями с бескрайнего свинцового неба, укрывает холодным пухом крышу и припудривает карнизы. Он стоял неподвижно, смежив веки. Тянулись долгие, серые дни, солнце не показывалось, от ветра чердак ходил ходуном, словно утлая лодка на волнах, скрипел каждой своей косточкой, стряхивал слежавшуюся за десятилетия пыль с балок, с покоробившихся досок и дранки. Все вокруг охало и ахало, стонало и кряхтело, а Уильям Финч стоял и вдыхал сухие тонкие запахи, словно изысканные духи, и приобщался к издавна копившимся здесь сокровищам…»

«Доктор Паскаль» – история любви, которая связала двух очень разных людей и сделала их счастливыми. Доктор Паскаль – ученый, отдавший себя науке и не замечавший ничего и никого вокруг себя. Так продолжалось до тех пор, пока в его жизни не появилась Клотильда – юная, наивная девушка, которая полюбила его всем сердцем. Ее любовь стала для Паскаля ценным даром. Благодаря Клотильде он наконец узнал, что значит настоящее счастье.

«Зачем, зачем я на это согласилась? Мы с будущим мужем уже жили вместе, я всеми силами доказывала, что мы «не разные в быту» и ждала, когда он предложит доехать до загса, чтобы подать заявление. Мама, которая всегда считала, что не нужно ждать милостей от природы, брать их – наша прямая задача, решила ускорить процесс и пригласила нас на дачу. Мероприятие проходило под кодовым названием «помолвка», в конце его будущий муж должен был официально объявить о том, что завтра (послезавтра, послепослезавтра) мы едем подавать заявление…»

«Он лежал в постели, а ветер задувал в окно, касался ушей и полуоткрытых губ и что-то нашептывал ему во сне. Казалось, это ветер времени повеял из Дельфийских пещер, чтобы сказать ему все, что должно быть сказано про вчера, сегодня и завтра. Где-то в глубине его существа порой звучали голоса – один, два или десять, а быть может, это говорил весь род людской, но слова, что срывались с его губ, были одни и те же:

– Смотрите, смотрите, мы победили!

Ибо во сне он, они, сразу многие вдруг устремлялись ввысь и летели. Теплое, ласковое воздушное море простиралось под ним, и он плыл, удивляясь и не веря…»

«Елизавете почему-то всегда снятся покойники всех мастей и разной степени родства. Некоторых она побаивается, потому что те строгие. Приходят ночью и смотрят прямо в глаза с очевидной укоризной: «Почему ты нас не поминаешь?» Елизавета откуда-то знает, кто перед ней и как зовут, хотя живьем ни разу не видела. Только на фотографиях. – Я буду, – обещает она им и перед работой заходит в иконную лавку. – Зинаида, Ольга, Евдокия, Александр…»

Другие книги автора Рэй Дуглас Брэдбери

«День был свежий – свежестью травы, что тянулась вверх, облаков, что плыли в небесах, бабочек, что опускались на траву. День был соткан из тишины, но она вовсе не была немой, ее создавали пчелы и цветы, суша и океан – все, что двигалось, порхало, трепетало, вздымалось и падало, подчиняясь своему течению времени, своему неповторимому ритму. Край был недвижим, и все двигалось. Море было неспокойно, и море молчало. Парадокс, сплошной парадокс, безмолвие срасталось с безмолвием, звук со звуком. Цветы качались, и пчелы маленькими каскадами золотого дождя падали на клевер. Волны холмов и волны океана, два рода движения, были разделены железной дорогой – пустынной, сложенной из ржавчины и стальной сердцевины дорогой, по которой, сразу видно, много лет не ходили поезда. На тридцать миль к северу она тянулась петляя, потом терялась в мглистых далях; на тридцать миль к югу пронизывала острова летучих теней, которые на глазах смещались и меняли свои очертания на склонах далеких гор…»

«На главной площади очередь установилась еще в пять часов, когда за выбеленными инеем полями пели далекие петухи и нигде не было огней. Тогда вокруг, среди разбитых зданий, клочьями висел туман, но теперь, в семь утра, рассвело, и он начал таять. Вдоль дороги по двое, по трое подстраивались к очереди еще люди, которых приманил в город праздник и базарный день.

Мальчишка стоял сразу за двумя мужчинами, которые громко разговаривали между собой, и в чистом холодном воздухе звук голосов казался вдвое громче. Мальчишка притопывал на месте и дул на свои красные, в цыпках руки, поглядывая то на грязную, из грубой мешковины одежду соседей, то на длинный ряд мужчин и женщин впереди…»

Что случится, если мы узнаем, что завтра конец света? Что мы будем чувствовать, что мы будем делать, напишут ли об этом в газетах? В общем, читайте и узнайте, что об этом думает Брэдбери…

«451° по Фаренгейту» – роман, принесший писателю мировую известность. 451° по Фаренгейту – температура, при которой воспламеняется и горит бумага. Философская антиутопия Рэя Брэдбери рисует беспросветную картину развития постиндустриального общества; это мир будущего, в котором все письменные издания безжалостно уничтожаются специальным отрядом пожарных, а хранение книг преследуется по закону, интерактивное телевидение успешно служит всеобщему оболваниванию, карательная психиатрия решительно разбирается с редкими инакомыслящими, а на охоту за неисправимыми диссидентами выходит электрический пес…

Можно ли представить себе мир, в котором нет книг? Когда держать книги дома, читать их – опасно, ибо преследуется по закону? Когда интерактивное телевидение успешно служит всеобщему оболваниванию, карательная психиатрия решительно разбирается с редкими инакомыслящими, а на охоту за неисправимыми диссидентами выходит электрический пес?

«451° по Фаренгейту» – одна из самых известных и самых читаемых книг в мире. И это залог того, что вымысел Брэдбери никогда не станет реальностью.

«Каждое утро я вскакиваю с постели и наступаю на мину. Эта мина – я сам», – пишет Рэй Брэдбери, и это, пожалуй, и есть квинтэссенция книги. Великий Брэдбери, чьи книги стали классикой при жизни автора, пытается разобраться в себе, в природе писательского творчества. Как рождается сюжет? Как появляется замысел? И вообще – в какой момент человек понимает, что писать книги – и есть его предназначение? Но это отнюдь не скучные и пафосные заметки мэтра. У Брэдбери замечательное чувство юмора, он смотрит на мир глазами не только всепонимающего, умудренного опытом, но и ироничного человека. Так, одна из глав книги называется «Как удерживать и кормить Музу». Кстати, ответ на этот вопрос есть в книге, и он прост – чтобы удерживать Музу, надо жить с увлечением и любить жизнь, прислушиваться к ней и к самому себе.

«Бывает, приходится на ночь глядя выезжать из Дублина и мчаться через всю Ирландию: минуя спящие городки, ныряешь в изморось, а потом в туман, который смешивается с дождем и летит в продуваемое ветром безмолвие. Все вокруг сковано холодом и ожиданием. Такими ночами на безлюдных перекрестках случаются нежданные встречи, а в воздухе призраками плывут нескончаемые нити паутины, хотя на сотни миль в округе не найдешь ни единого паука. Далеко за лугами нет-нет да скрипнет калитка или задрожит под неверным лунным светом оконное стекло…»

«Ничто не шелохнется на бескрайней болотистой равнине, лишь дыхание ночи колышет невысокую траву. Уже долгие годы ни одна птица не пролетала под огромным слепым щитом небосвода. Когда-то, давным-давно, тут притворялись живыми мелкие камешки – они крошились и рассыпались в пыль. Теперь в душе двух людей, что сгорбились у костра, затерянные среди пустыни, шевелится одна только ночь; тьма тихо струится по жилам, мерно, неслышно стучит в висках.

Отсветы костра пляшут на бородатых лицах, дрожат оранжевыми всплесками в глубоких колодцах зрачков. Каждый прислушивается к ровному, спокойному дыханию другого и даже слышит, кажется, как медленно, точно у ящерицы, мигают веки. Наконец один начинает мечом ворошить уголья в костре…»

Самое популярное в жанре Зарубежная фантастика

– Мы и так заработали достаточно на год безбедной жизни на любой планете, – хихикнул высокий, похожий на труп сатурнианин. – Это лучшее путешествие, которое мы совершили.

– Разожги атомный огонь и приведи его в действие, – приказал капитан. – Сегодня мы разобьем лагерь под открытым небом. Меня тошнит от спертого корабельного воздуха.

Люди вытащили плоскую дискообразную машину и установили ее на скалах возле своих кораблей. Она испускала волны теплого воздуха, спасая от ночного холода.

Фантастика Роберта Шекли не подвержена влиянию времени. Ее будут читать всегда, пока жив человек читающий. Ведь если книга по-настоящему остроумна, то есть вместе и остра и умна, она найдет своего читателя независимо от капризов моды и деления на жанры и направления.

Романы, повести и рассказы Шекли давно уже стали подлинной фантастической классикой – и неважно, на каком языке читает их мировой читатель. Интересное, умное и смешное – вот те три могучих кита, на которых держится в океане литературы остров под названием «Роберт Шекли». И любой читатель, открывший для себя этот остров, будет возвращаться на него снова и снова, потому что невозможно не вернуться туда, где осталась частица твоего сердца.

Шаркающая толпа достигла края большого космопорта, где в ожидании застыло два десятка гигантских сигарообразных космических лайнеров.

Затем тяжелую тишину нарушил безумный крик. Бледный меркуриаин, шедший впереди всех с женой и двумя маленькими детьми, внезапно остановился и обернулся.

– Зачем нам лететь? – крикнул он срывающимся от отчаяния голосом. – Почему именно мы должны покинуть наш родной мир?

Ему ответил старик с печальным взглядом.

Солент был евразийцем со слегка раскосыми глазами на выразительном загорелом лице. И, как это часто бывает, у него были пороки двух рас.

Двое других мужчин, широкоплечих и молчаливых, сидели на переднем сиденье. Солент кивнул в их сторону.

– Они знают, что делать?

– Знают.

– Мы должны быть уверены, что добудем статуэтку, – напомнил Солент.

– Не беспокойся о том, что Гэлбрейт отказывается говорить, – прорычал Квестер, и на секунду его рот неприятно скривился. Солент посмотрел на него с презрением.

«Станция Х» – роман практически не известного в России классика Американской фантастики и детективов, посвящен дальнейшему развитию радио. Автор утверждает, что возможно обменяться разумом с другим существом и управлять его телом физически, а так же общаться с созданиями иных миров.

– Вот именно, – подхватил бортинженер. – Улетел, помнится, на челноке, а возвращаться, видите ли, решил пешком. Не иначе как загнал ракету какому-нибудь аборигену, а тот подумал, что переплатил. Вот и засунули тебя, голубчика, в эту навозную кучу, чтоб неповадно было. Если бы не мы, так бы и сидел там на пару с тем безумным страусом.

– Вам хорошо зубоскалить, – возмутился Джарвис. – Посмотрел бы я, как поступили бы вы на моем месте.

Он прекрасно понимал, сколько волнений у экипажа вызвало его исчезновение и как им всем не терпится услышать наконец, что же все-таки произошло. Усмехнувшись, Джарвис махнул рукой.

Дебютный роман современного классика Дэвида Митчелла, дважды финалиста Букеровской премии – за «Сон № 9» и за «Облачный атлас» (недавно экранизированный Томом Тыквером и братьями Вачовски). Именно «Литературный призрак», с его фирменной митчелловской полифоничностью, в мгновение ока вознес молодого автора на британский литературный олимп. На этих страницах переплелись жизненные пути молодого сектанта, по указке Его Провидчества устроившего зариновую атаку в токийском метро, и начинающего саксофониста, который подрабатывает в магазинчике коллекционного винила, банковского менеджера из Лондона, отмывающего в Гонконге деньги русской мафии, и ветерана английской разведки, решившего опубликовать свои воспоминания, его «литературного негра» (по совместительству – лидера панк-группы) и витающего над монгольскими степями бесплотного призрака, женщины-физика с ирландского островка, за которой охотится Пентагон, похитителей эрмитажных картин, нью-йоркского диджея и многих-многих других…

«Один из лучших романов, прочитанных мною за долгое время. <…> Я буквально не могла оторваться от книги – а еще больше удовольствия получила при перечитывании» (А. С. Байетт).

Перевод публикуется в новой редакции.

Главная героиня, чье имя так и останется неизвестным, приезжает на отдых в охотничий домик в горах – и оказывается отрезанной от мира прозрачной стеной. Это невидимое препятствие словно выросло за ночь: его нельзя ни сломать, ни обойти, а все люди и животные по ту сторону странным образом застыли. Это ловушка или спасение от неожиданной катастрофы?

Так начинается ее история выживания, где одиночество скрашивают только пес и заблудшие кошка с коровой. День за днем фиксируя в дневнике происходящее, героиня узнает новую себя и все больше размышляет о главном – можно ли жить без надежды?

В первой части истории вечно молодой герой отправляется в далёкое космическое путешествие, чтобы найти девушку, которая исчезла более полувека назад в результате падения инопланетного куба на престижный американский детский загородный лагерь "Keep out". (Он получил свой подарок в виде застывшей внешности ценой потери любимой девушки). Герой оказывается в материализовавшейся мечте, которой он грезил много десятилетий. Станет ли он счастливым? Ждала ли девушка его? Также он узнает некоторые подробности о жизнедеятельности инопланетян, и о причинах случившегося в прошлом инцидента в лагере. После длительного пребывания в сказке, герой возвращается в реальный мир, где ему придётся адаптироваться под новые условия. Мир изменится. Ему будет предоставлен второй шанс начать жизнь сначала, как будто не было инцидента и не было застывшей внешности. У него будет амнезия, и сдвинется год рождения. Для своих новых друзей он станет супергероем и причиной верить в то, что чудеса возможны.

2046 год. Джо Фернрайт, безработный реставратор изящной керамики в мире бездушного пластика, доведен до отчаяния. Он даже готов согласиться на предложение, которое поступило от могущественного инопланетного существа – Глиммунга. Таланты Джо нужны группе профессионалов, нанятых Глиммунгом для поднятия с морского дна и восстановления древнего храма на одной далекой планете…

Смесь фэнтези, научной фантастики, философии, мифологии и черного юмора, которая могла родиться только в воображении Филипа Дика.

Оставить отзыв